Статьи

 

Интервью Александра Каньшина

  • Глава Национальной ассоциации объединений офицеров запаса Вооруженных сил Александр Каньшин несколько лет возглавлял Комиссию Общественной палаты по делам ветеранов, военнослужащих и членов их семей. Но после очередного обновления состава палаты такой комиссии не стало. Сдал свои полномочия и ее председатель. Кому? С такого вопроса и начал беседу с ним наш корреспондент.

     

    Российская газета: Александр Николаевич, комиссия, которую вы возглавляли, была одной из наиболее активных в работе и результативных по итогам этой работы. И вдруг вы оставили Общественную палату. Добровольно, или, может быть, не сложились отношения с кем-то из больших начальников?


    Александр Каньшин: Это был мой личный выбор. Причин несколько. Главная: в пору масштабного кризиса потребовалось отдавать больше сил и времени основной работе - руководству советом директоров "Мегапира". Это бизнес, деньги на дороге не валяются, их нужно зарабатывать, вытягивать проекты. Некоторые коллеги стали даже косо поглядывать на меня - мол, слишком много внимания общественной работе, а не руководишь бизнесом.

     

    РГ: Теперь ветеранам и людям в погонах и постучаться некуда? Проблемы ведь остались, кто поможет их решить?

    Каньшин: В Общественной палате есть комиссии по социальным вопросам, а также по контролю за деятельностью правоохранительных органов, ею уже многие годы руководит известный адвокат Анатолий Кучерена. Сам я по-прежнему возглавляю комиссию Общественного совета при министерстве обороны. Ну и, конечно, есть национальная ассоциация офицеров запаса "Мегапир". Кстати, в состав ее руководства входит академик Евгений Велихов, возглавляющий Общественную палату РФ, так что связей мы не утратили.

    РГ: Не секрет, что, работая в комиссии, вы широко опирались на возможности "Мегапира", его людские и финансовые ресурсы. Такая практика помощи ветеранам и военнослужащим продолжится?

    Каньшин: Бесспорно. У ассоциации есть свои структуры практически во всех регионах страны, ее представители входят в Госдуму, в органы законодательной и исполнительной власти на местах, в руководство общественных организаций. Через них мы будем продолжать оказывать и системную, и адресную помощь ветеранам войны и военной службы, тем, кто сегодня стоит в армейском строю, кто нуждается. Даже в самые тяжелые месяцы кризиса "Мегапир" не приостанавливал выплату стипендий детям погибших военнослужащих. У нас 250 таких стипендиатов, мы ведем их до окончания школы и помогаем поступить либо в вуз, либо в другое учебное заведение, где можно приобрести специальность и устроиться в жизни.

     

    РГ: "Российская газета" и комиссия Общественной палаты при активном участии "Мегапира" провели масштабную акцию "Общество и ветераны" накануне 65-летия Великой Победы. Праздник уже позади, а письма в редакцию все идут. Кто-то благодарит за помощь, а кто-то с горечью пишет, что отгремели салюты - и о ветеранах опять стали забывать...

    Каньшин: Письма и звонки идут и к нам. Это значит, что наша акция была неформальной. Мы получили документы из ряда регионов, где для ветеранов вообще сняли всякие ограничения, сделали бесплатными посещения парков, организовали места отдыха во дворах и скверах. За те два года, что шла акция, по письмам и устным обращениям мы смогли конкретно помочь 3 тысячам человек. Это помощь по квартирам, наведение порядка в очередности, по медицинскому обслуживанию, пенсионному обеспечению.

     

    РГ: Вот с пенсиями не все так гладко. Среди моих знакомых у женщины, которая всю жизнь проработала на чулочно-носочной фабрике, пенсия со всеми добавками около 17 тысяч рублей. А знакомый получает около 12 тысяч. Его призвали после университета на два года, он так и остался в армии, уволился в начале девяностых. От тех мизерных окладов и считают пенсии до сих пор.

    Каньшин: Я прослужил 20 лет, есть ордена и медали, а пенсия - 5 тысяч. Военные пенсии действительно отстают от гражданских. Тут проблема одна: пенсионное обеспечение должно быть встроено в государственные федеральные целевые программы.


    Минобороны поставило перед собой задачу сделать оклады на 30 процентов выше, чем у гражданского персонала. Но поскольку эта программа была ведомственной, они просто не смогли справиться с этой задачей. Вот что ответил, например, на наш запрос замминистра, статс-секретарь министерства обороны Николай Панков: "В течение 2009 года гражданские пенсии повышались четыре раза, увеличение составило 30 процентов. Военные пенсии повышались лишь один раз, на 8,5 процента. В 2010 году планируется повысить гражданские пенсии на 40 процентов, а пенсии военным будут повышены лишь при условии увеличения денежного довольствия военнослужащим".

     

    РГ: Некоторые высокие чиновники открыто говорят, мол, почему пенсии у военных должны быть выше? Они такие же люди...

    Каньшин: Нельзя гражданских сравнивать с военными. Военный человек - это тот, кто в любой момент должен подняться, отправиться в указанную точку земного шара без всяких амбиций и обсуждения, а что с ним будет. И там, если потребуется, пролить свою кровь, отдать здоровье и даже жизнь. В этом главное отличие. А непонимание приведет к тому, что мы уничтожим офицерский состав как элиту общества. Может оказаться выхолощенным сам дух офицерства, который и делает его элитой. Чинуши не учитывают и специфику военной службы. Человек отдает всего себя армии. Выйдя на пенсию, он, в отличие от других, не подготовлен к гражданской жизни, не может найти себе работу ни по специфическому образованию, ни по состоянию здоровья, ни по оседлости. Ведь если человек живет на одном месте, появляются связи, возможности. А что остается офицеру? Только пенсия.

     

    РГ: В самом минобороны понимают такую опасность?

    Каньшин: По словам главного армейского финансиста, министр Анатолий Сердюков дважды вносил предложения об увеличении военным не надбавок, а именно окладов, которые влияют и на пенсии. Но минфин и минэкономразвития были против. Теперь, после вмешательства президента, можно ждать реальных перемен. В чем опасность ослабления внимания к пенсиям офицеров запаса? Молодые офицеры смотрят и проецируют все на себя. Отдашь десятилетия службе, а придешь к разбитому корыту?

     

    РГ: Вы отдали работе в Общественной палате не один год. Наверняка накопилось немало впечатлений. Какой-нибудь общий итог созрел?

    Каньшин: Я долго думал над этим. И решился написать книгу. Что получилось - сказать не могу, оценку пусть дадут читатели. А все, о чем хотелось сказать, лаконично выражено в названии: "Бои с ветряными мельницами. Размышления об Общественной палате, СМИ, власти и обо всех нас".

Поделитесь с друзьями

 

 

Популярные статьи