Форумы » Защита прав

Защита прав военнослужащих

    • Модератор
    • сообщений 952
    16 февраля 2016 г. 3:45:19 MSK

    Все необходимое для осуществления защиты чести, достоинства, деловой репутации, как действующих военнослужащих, так и находящихся в запасе (отставке).


    Это сообщение было отредактировано Олег Хоренко 28 февраля 2016 г. 9:25:39 MSK
    • Модератор
    • сообщений 952
    16 февраля 2016 г. 3:46:56 MSK

       Гражданско-правовая защита воинской чести, достоинства и деловой репутации военнослужащих

    Для осуществления защиты чести, достоинства, деловой репутации военнослужащий должен знать основные правовые акты, регулирующие и охраняющие воинскую честь, достоинство и деловую репутацию. Приведем наиболее важные из них:
    - ст. 12 Всеобщей декларации прав человека (принята 10 декабря 1948 года Генеральной ассамблеей ООН), которая провозглашает, что никто не может подвергаться произвольным посягательствам на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту со стороны закона от такого вмешательства или таких посягательств;
    - Международный пакт о гражданских и политических правах (Нью-Йорк, 19 декабря 1966 г.), который в ст. 17 провозглашает, что никто не может подвергаться незаконным посягательствам на его честь и репутацию, а также каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств;
    - ст. 2 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой "человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства". Данное положение является исходным при рассмотрении способов защиты нематериальных прав военнослужащих: государство на высшем законодательном уровне признает и гарантирует защиту чести и достоинства военнослужащих. Раскрывая данное положение, ст. 21 Конституции Российской Федерации указывает на то, что "достоинство личности охраняется государством, ничто не может быть основанием для его умаления". Исходя из изложенного можно констатировать, что никто не вправе нарушать достоинство личности, а также каким-либо образом посягать на честь военнослужащего, которая во многом складывается из чувства собственного достоинства.
    В соответствии с п. 2 ст. 5 Федерального закона "О статусе военнослужащих" от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ оскорбление военнослужащих, насилие и угроза применения насилия, посягательство на их жизнь, здоровье, честь, достоинство, жилище, имущество, а равно другие действия (бездействие), нарушающие и ущемляющие их права в связи с исполнением ими обязанностей военной службы, влекут ответственность в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
    Следовательно, ответственность за нарушение воинской чести, воинского достоинства, деловой репутации военнослужащих будет регулироваться следующими нормативными актами:
    1. В случае умышленного нарушения воинской чести, достоинства, повлекшего тяжкие последствия, ответственность будет основываться на нормах Уголовного кодекса Российской Федерации и Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации (ДУ ВС РФ).
    2. При отсутствии последствий, предусмотренных в статьях Уголовного кодекса Российской Федерации и ДУ ВС РФ, ответственность за нарушение воинской чести и достоинства военнослужащих будет регулироваться нормами гражданского права.
    Учитывая цель настоящей статьи, рассмотрим гражданское законодательство, регулирующее порядок защиты воинской чести, достоинства и деловой репутации.
    Гражданский кодекс Российской Федерации (ГК РФ) регулирует гражданские правоотношения по поводу нематериальных благ, в том числе охранительные правоотношения (ст.ст. 150, 152, 153, 1100, 1101 ГК РФ).
    Гражданско-правовые способы защиты чести и достоинства можно разделить на две группы:
    1. Общие, перечисленные в ст. 12 ГК РФ, применяемые для защиты самых разнообразных гражданских прав:
    - пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения;
    - возмещение убытков;
    - компенсация морального вреда.
    2. Специальные, указанные в ст. 152 ГК РФ и используемые исключительно для защиты чести и достоинства, к ним относятся:
    - опровержение;
    - возложение на средство массовой информации обязанности по опубликованию ответа в случае распространения им сведений, ущемляющих права и законные интересы граждан (военнослужащих).
    Основания и порядок применения специальных способов защиты воинской чести, достоинства и деловой репутации, помимо ст. 152 ГК РФ, регулируются ст. 43 Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации" от 27 декабря 1991 г. N 2124-I, которая предоставляет гражданам или организациям право потребовать от редакции опровержения не соответствующих действительности и порочащих их честь и достоинство сведений, которые были распространены в данном средстве массовой информации.
    Вопросам защиты нематериальных благ при рассмотрении соответствующих гражданских дел в судах, уделял внимание Верховный Суд Российской Федерации.
    Так, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" от 24 февраля 2005 г. N 3 разъяснил судам, что:
    - под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернета, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам;
    - не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок;
    - порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.
    Таким образом, если опубликована несоответствующая действительности информация, которая унижает воинскую честь, достоинство, деловую репутацию военнослужащего или воинской части, то данный субъект правоотношений вправе ссылаться на ст. 152 ГК РФ и ст. 43 Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации", в которых предусмотрена обязанность органа СМИ опубликовать опровержение.
    Анализ норм гражданского права позволяет сделать вывод о том, что военнослужащий вправе защищать воинскую честь, достоинство, деловую репутацию как в досудебном порядке, так и в рамках гражданского судопроизводства.

    http://mo-jurist.narod.ru


    Это сообщение было отредактировано Олег Хоренко 23 марта 2016 г. 2:30:06 MSK
    • Модератор
    • сообщений 952
    28 февраля 2016 г. 9:24:30 MSK

    Административный порядок защиты 

    Военнослужащий имеет право лично или через своего представителя (например, юриста, действующего на основании доверенности) обратиться с требованием об опровержении непосредственно в редакцию средства массовой информации, распространившего сведения, порочащие воинскую честь, достоинство и деловую репутацию. Такое право предоставлено ему ст. 152 ГК РФ и ст. 43 Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации" (далее - Закон).
    Причем, как уже было указано, законодатель возлагает на редакцию средства массовой информации обязанность опровергнуть распространенные сведения, если она не сможет предоставить доказательства того, что эти сведения соответствуют действительности.
    Подробно порядок опровержения таких сведений урегулирован ст. 44 Закона:
    а) опровержение должно быть помещено в том же СМИ;
    б) опровержение должно быть набрано тем же шрифтом, на том же месте полосы, что и опровергаемое сообщение;
    в) если опровержение дается по радио или телевидению, то оно должно быть передано в то же время суток и, как правило, в той же передаче.
    Установлены и сроки, по истечении которых должно быть опубликовано (прозвучать в эфире) опровержение:
    - для СМИ, выходящих в свет (эфир) не реже одного раза в неделю, - в течение 10 дней со дня получения требования об опровержении;
    - для иных СМИ - в подготавливаемом или ближайшем выпуске.
    Причем, в последнем случае Законом на редакцию средства массовой информации возлагается обязанность в течение месяца со дня получения требования об опровержении известить заинтересованных лиц о предполагаемом сроке распространения или указать основания отказа.
    Законом предусмотрено право гражданина предоставить в редакцию свой текст опровержения.
    Объем опровержения не может превышать более чем в два раза объем опровергаемого фрагмента распространенного сообщения или материала. Вместе с тем, редакция СМИ не вправе требовать, чтобы текст опровержения был короче одной стандартной страницы машинописного текста. Если речь идет об опровержении по радио или телевидению, то оно не должно занимать меньше эфирного времени, чем требуется диктору для прочтения одной стандартной страницы машинописного текста.
    Однако досудебный порядок урегулирования конфликтной ситуации не всегда приводит к желаемому результату, вероятность достижения которого будет тем выше, чем более обоснованно с точки зрения законодательства будет составлено требование об опровержении. Если получен отказ в опубликовании опровержения или же нарушен порядок опровержения, предусмотренный Законом, то такие действия редакции средства массовой информации могут быть обжалованы в суд в течение одного года со дня распространения опровергаемых сведений.
    Не случайно обращаем внимание на срок исковой давности (т.е. срок, в течение которого военнослужащий в случае получения отказа в опубликовании опровержения может обжаловать действия редакции средств массовой информации в суд): он сокращенный и составляет один год.
    Согласно п. 1 ст. 208 ГК РФ "исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных и других нематериальных благ" (в число которых в соответствии со ст. 150 ГК РФ входят и права на честь, достоинство, деловую репутацию). Но далее законодатель уточняет: "кроме случаев, предусмотренных законом". И именно Закон (ст. 45) устанавливает срок исковой давности в один год. В то же время Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 14 постановления от 24 февраля 2005 г. N 3 указывает судам, что на требования о защите чести, достоинства, деловой репутации исковая давность в силу ст. 208 ГК РФ не распространяется.
    Однако, учитывая то обстоятельство, что постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по своей правовой природе носят разъяснительный характер, на практике следует руководствоваться положениями ГК РФ и Закона.
    Военнослужащему в требовании об опровержении распространенных сведений, не соответствующих действительности, необходимо указать:
    1) юридический адрес средства массовой информации, опубликовавшего сведения, не соответствующие действительности;
    2) фамилию, имя, отчество, адрес заявителя, телефон военнослужащего, о котором были распространены сведения, не соответствующие действительности;
    3) обстоятельства дела, в частности: номер печатного издания (дату и время выхода в теле-, радиоэфир), опубликовавшего материалы, порочащие воинскую честь, достоинство и деловую репутацию военнослужащего, текст этих материалов, а также утверждение заявителя о несоответствии распространенной о нем информации действительности;
    4) ссылку на ст.ст. 43, 44 и 46 Закона;
    5) требование в течение 10-дневного срока опровергнуть распространенные сведения, предоставив военнослужащему возможность опубликования ответа;
    6) текст, опровергающий распространенную в СМИ и не соответствующую действительности информацию;
    7) дату подачи заявления, а также поставить личную подпись, удостоверяющую требование.
    Требование должно быть составлено в двух экземплярах, на одном из которых должна присутствовать дата и подпись сотрудника СМИ, принявшего требование об опровержении распространенных сведений, не соответствующих действительности.
    Следовательно, во внесудебном порядке защита военнослужащим чести, достоинства и деловой репутации осуществляется двумя способами:
    1) посредством опровержения, которое исходит непосредственно от редакции (хотя текст может быть предложен самим опороченным военнослужащим);
    2) с помощью опубликования ответа самого военнослужащего в том же средстве массовой информации (п. 3 ст. 152 ГК РФ, ст. 46 Закона).
    Закон предусматривает различные основания реализации указанных способов внесудебной защиты. Военнослужащий может потребовать от редакции СМИ предоставления права на ответ в случае, когда в отношении его опубликованы не соответствующие действительности сведения (о порочащем характере сведений ничего не говорится) либо сведения, ущемляющие права и законные интересы гражданина. А в случае если сведения, опубликованные в СМИ, помимо не соответствия действительности, носят и порочащий воинскую честь, достоинство и деловую репутацию военнослужащих характер, то военнослужащий имеет право требовать от СМИ опровержения не соответствующего и порочащего его нематериальные блага материала.

    http://mo-jurist.narod.ru


    Это сообщение было отредактировано Олег Хоренко 23 марта 2016 г. 2:29:46 MSK
    • Модератор
    • сообщений 952
    23 марта 2016 г. 2:28:11 MSK

     Судебный порядок защиты

    Применительно к делам о защите чести, достоинства, деловой репутации действуют общие правила территориальной подсудности (ст. 28 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Далее - ГПК РФ). Иски предъявляются в суд по месту жительства ответчика - физического лица или по месту нахождения организации - юридического лица, распространивших порочащие сведения. Если требования о защите неимущественных благ предъявляются к нескольким ответчикам, проживающим или находящимся в разных местах, дело рассматривается судом по месту жительства или месту нахождения одного из ответчиков по выбору истца (ст. 31 ГПК РФ).

    Например, если редакция средства массовой информации или любой другой ответчик распространили сведения, порочащие воинскую честь, достоинство и деловую репутацию военнослужащего, необходимо руководствоваться ст. 28 ГПК РФ, в силу которого иск к редакции средства массовой информации предъявляется в районный суд по месту ее нахождения или по месту жительства автора статьи.
    Сущность рассматриваемого способа защиты заключается в том, что военнослужащий вправе обратиться с исковым заявлением в суд и потребовать опровержения сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию. Причем законодатель не обязывает его соблюдать досудебный порядок урегулирования спора, предоставляя ему возможность обратиться в суд без предварительного обращения в редакцию с требованием об опровержении распространенных сведений.
    Конституционные положения о возможности судебной защиты чести, достоинства или деловой репутации гражданина нашли отражение в ст. 152 ГК РФ.
    Анализ п. 1 ст. 152 ГК РФ позволяет сделать вывод о том, что при защите указанных прав действует презумпция, согласно которой именно распространитель обязан доказать, что распространяемые им порочащие сведения соответствуют действительности.
    Истцу же остается доказать лишь сам факт распространения подобных сведений (п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3).
    В связи с вышесказанным необходимо приложить к исковому заявлению вырезку (копию вырезки) из соответствующего периодического издания. Если порочащие сведения прозвучали по радио или телевидению, то следует запомнить:
    а) название передачи;
    б) канал, по которому шла трансляция;
    в) дату и время выхода передачи в эфир.
    Анализ п. 2 и п. 3 ст. 152 ГК РФ позволяет говорить о том, что военнослужащий, избравший для защиты своих прав судебный порядок, вправе требовать, чтобы порочащие сведения были опровергнуты в том же средстве массовой информации, а также вправе требовать публикацию своего ответа. Порядок опубликования опровержения, требования к нему, как уже было отмечено, определяются ст.ст. 43, 44 Закона.
    Еще одна важная особенность: следует иметь в виду, что в случае распространения в средствах массовой информации сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, ответчиками будут выступать:
    - в большинстве случаев - авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие эти сведения;
    - автор и редакция соответствующего средства массовой информации, если оспариваемые сведения были распространены в средствах массовой информации;
    - лицо, являющееся источником распространения сведений;
    - редакция соответствующего средства массовой информации, т.е. организация, физическое лицо или группа физических лиц, осуществляющие производство и выпуск данного средства массовой информации при опубликовании или ином распространении не соответствующих действительности порочащих сведений без обозначения имени автора (например, в редакционной статье) (ч. 9 ст. 2 Закона). В случае если редакция средства массовой информации не является юридическим лицом, к участию в деле в качестве ответчика может быть привлечен учредитель данного средства массовой информации;
    - является юридическое лицо, работником которого распространены такие сведения в случае, когда сведения, были распространены работником в связи с осуществлением профессиональной деятельности от имени организации, в которой он работает (например в служебной характеристике), (в соответствии со ст. 1068 ГК РФ).
    В случаях же, когда сведения, порочащие воинскую честь, достоинство и деловую репутацию, были высказаны другим военнослужащим, в том числе командиром (начальником):
    - в устной форме в присутствии третьих лиц (других военнослужащих);
    - в письменном виде в документах, характеризующих военнослужащего, которыми, прежде всего, являются служебная характеристика и аттестация военнослужащего, военнослужащий вправе обращаться за защитой воинской чести, достоинства и деловой репутации в военный суд.
    Вышесказанное подтверждается ч. 1 ст. 7 Федерального конституционного закона "О военных судах Российской Федерации" от 23 июня 1999 г. N 1-ФКЗ, в соответствии с которой военным судам подсудны: гражданские и административные дела о защите нарушенных и (или) оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, граждан, проходящих военные сборы, от действий (бездействия) органов военного управления, воинских должностных лиц и принятых ими решений.
    Следует также сказать о тех требованиях, которые законодатель предъявляет к иску. Они изложены в ст. 131 ГПК РФ.
    В исковом заявлении, составленном в письменной форме, независимо от того, в какой суд - военный или районный подается заявление, необходимо указать:
    - наименование суда, в который подается заявление;
    - фамилию, имя, отчество истца, его адрес, телефон; если заявление подается представителем, то также фамилию, имя, отчество представителя и его адрес;
    - наименование (фамилию, имя, отчество) ответчика (в нашем случае - редакции или физического лица) и ее (его) местонахождение (жительства);
    - обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, и доказательства, подтверждающие изложенные истцом обстоятельства;
    - требования истца;
    - перечень прилагаемых к заявлению документов.
    Исковое заявление подписывают истец или его представитель. В последнем случае к иску следует приложить доверенность, удостоверяющую права представителя.
    Подводя итог рассмотрению правового регулирования защиты чести, достоинства, деловой репутации военнослужащих, необходимо сделать ряд выводов.
    Воинская честь, достоинство и деловая репутация военнослужащих нашли свое правовое закрепление, а значит, и защиту со стороны государства в лице его правоохранительных органов в различных нормативных актах. Данные нематериальные блага закреплены в важнейших международных документах и конкретизированы в национальном законодательстве Российской Федерации.
    Нарушенное нематериальное благо в виде чести и достоинства военнослужащего должно быть восстановлено путем применения, в зависимости от степени и характера нарушения, уголовной, административной, дисциплинарной или гражданско-правовой ответственности.
    Гражданско-правовая защита воинской чести, достоинства и деловой репутации военнослужащих реализуется путем применения досудебного порядка и в порядке гражданского судопроизводства.
    Для защиты воинской чести, достоинства и деловой репутации военнослужащих существует две группы способов: общие, перечисленные в ст. 12 ГК РФ (пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, возмещение убытков; компенсация морального вреда), и специальные, предусмотренные ст. 152 ГК Российской Федерации (опровержение, возложение на средство массовой информации обязанности по опубликованию ответа в случае распространения им сведений, ущемляющих права и законные интересы военнослужащих).

    http://mo-jurist.narod.ru


    Это сообщение было отредактировано Олег Хоренко 23 марта 2016 г. 2:30:24 MSK
    • Модератор
    • сообщений 952
    1 апреля 2016 г. 11:55:24 MSK

    Уголовная ответственность за клевету и оскорбление

    УК РФ предусмотрена уголовная ответственность:
    а) за клевету, т.е. распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию (ч.1 ст.129). Обязательным элементом клеветы является распространение заведомо ложных, позорящих другое лицо измышлений о конкретных фактах, касающихся потерпевшего;
    б) за оскорбление, т.е. унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме (ч.1 ст.130). Оскорбление представляет собой выраженную в неприличной форме отрицательную оценку личности потерпевшего, имеющую обобщенный характер и унижающую его честь и достоинство.
    Если лицо, распространяющее ложные измышления, добросовестно заблуждалось относительно соответствия действительности распространяемых им сведений, однако высказывания его носили оскорбительный характер, оно может быть привлечено к уголовной ответственности за оскорбление, а не за клевету (п.14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 сентября 1979 г. N 4 (в редакции от 21 декабря 1993 г., с изменениями от 25 октября 1996 г.).
    Оскорбление одним военнослужащим другого является преступлением против чести и достоинства, предусмотренным ст.336 УК РФ. Унижение чести и достоинства по способу совершения может быть устным, письменным либо в виде различных действий (срывание знаков различия, пощечина, плевок и т.п.), совершенных как публично, так и наедине с потерпевшим.
    Неприличная форма оскорбления состоит в унижении чести и достоинства в циничных выражениях или действиях, противоречащих общепринятым нормам морали, нравственности и воинской этики. Действия (высказывания и др.), унижающие честь и достоинство личности, могут быть основаны на реальных фактах и обстоятельствах, относящихся к потерпевшему, но выраженные в неприличной форме, они образуют состав рассматриваемого преступления.
    Оскорбление, квалифицируемое по ст.336 УК РФ, может быть совершено не только в расположении воинской части и в служебное время, но и вне расположения воинской части, во время нахождения в увольнении, командировке и т.п. Однако независимо от места и времени совершения воинским преступлением признается оскорбление, нанесенное одним военнослужащим другому в связи с исполнением потерпевшим обязанностей военной службы либо при исполнении потерпевшим или виновным этих обязанностей.
    Если оскорбление нанесено на почве сугубо личных взаимоотношений между военнослужащими, не связано с исполнением потерпевшим обязанностей военной службы и в момент нанесения оскорбления ни потерпевший, ни виновный не находились при исполнении этих обязанностей (например, оскорбление, нанесенное на почве ревности, когда военнослужащие находились на семейном вечере), оно не может быть признано воинским преступлением. Такое оскорбление может быть квалифицировано по ст.130 УК РФ. 
    В соответствии с ч.2 ст.336 УК РФ оскорбление подчиненным начальника, а равно начальником подчиненного во время исполнения или в связи с исполнением обязанностей военной службы наказывается ограничением по военной службе на срок до одного года или содержанием в дисциплинарной воинской части на тот же срок. В данном случае УК РФ одинаково защищает честь и достоинство как начальников от посягательств подчиненных, так и подчиненных от посягательств начальников, что соответствует требованиям ч.1 ст.19 Конституции Российской Федерации о равенстве всех перед законом и судом.
    Защита чести и достоинства граждан (в том числе военнослужащих), помимо уголовной, в ряде случаев предусматривает и гражданско-правовую ответственность, в частности за распространение сведений, порочащих честь и достоинство граждан.
    На практике часто возникает вопрос о том, что следует понимать под распространением сведений, порочащих честь и достоинство гражданина (военнослужащего).
    В соответствии с п.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, возникших при применении судами дел о защите чести, достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" от 18 августа 1992 г. N 11 (в редакции от 21 декабря 1993 г. N 11, с изменениями от 25 апреля 1995 г.) порочащими являются не соответствующие действительности сведения, содержащие утверждение о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства или моральных принципов (о совершении нечестного поступка, неправильном поведении в трудовом коллективе, быту, другие сведения, порочащие производственно-хозяйственную и общественную деятельность, деловую репутацию и т.п.), которые умаляют честь и достоинство гражданина либо деловую репутацию гражданина или юридического лица.

    http://mo-jurist.narod.ru


    Это сообщение было отредактировано Олег Хоренко 1 апреля 2016 г. 11:56:24 MSK
    • Модератор
    • сообщений 952
    11 апреля 2016 г. 3:38:34 MSK

    О праве военнослужащих, проходящих военную службу по призыву, на дополнительный отпуск в соответствии с Законом Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" 

    Как известно, в соответствии с п. 2 ст. 3 Федерального закона "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с сокращением срока военной службы по призыву" от 6 июля 2006 г. N 104-ФЗ в Федеральный закон "О статусе военнослужащих" от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ внесены изменения, в соответствии с которыми с 1 января 2008 г. военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, основной отпуск не предоставляется. В связи с данным обстоятельством на практике возникают вопросы о законности предоставления военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, подвергшимся радиационному воздействию либо проходящим военную службу на радиационно зараженных территориях, дополнительных отпусков, предусмотренных действующим законодательством о социальной защите граждан, подвергшихся радиационному воздействию. Отдельные должностные лица отказывают в предоставлении таких отпусков, мотивируя это тем, что в связи с сокращением сроков военной службы по призыву и отменой основного отпуска дополнительные отпуска также не должны предоставляться.
    Попробуем разобраться в данном вопросе.
    1. Нормативное закрепление права на дополнительный отпуск.
    Право на дополнительный отпуск предусмотрено Законом Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", которым определены категории граждан, которым предоставляется данный отпуск, и продолжительность указанного отпуска.
    В Министерстве обороны Российской Федерации порядок предоставления дополнительных отпусков военнослужащим, подвергшимся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС, других радиационных аварий, ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне, а также непосредственно участвовавшим в испытаниях ядерного оружия, боевых радиоактивных веществ и в работах, связанных с их эксплуатацией, определен приказом Министра обороны Российской Федерации от 18 января 1997 г. N 22.
    Данным приказом установлена следующая продолжительность отпусков для военнослужащих, проходящих военную службу по призыву, в зависимости от степени радиационного воздействия (приведем выборочно, применительно к военнослужащим, проходящим военную службу в настоящее время):
    - военнослужащим, имеющим специальное удостоверение перенесшего лучевую болезнь или другие заболевания, связанные с радиационными воздействиями; военнослужащим, ставшим инвалидами; военнослужащим, имеющим удостоверение эвакуированного из зоны отчуждения в 1986 г., переселенного (переселяемого) из зоны отселения в 1986 г. и в последующие годы, предоставляется дополнительный отпуск продолжительностью 14 календарных дней;
    - военнослужащим, проходящим военную службу на территории зоны отчуждения, предоставляется дополнительный отпуск продолжительностью 30 календарных дней без учета времени на проезд к месту проведения отпуска и обратно. Отпуск предоставляется не позднее чем через 9 месяцев военной службы; при этом накопление отпусков и перенесение их на конец срока службы не допускается;
    - военнослужащим, проходящим военную службу по призыву на территории зоны отселения, предоставляется дополнительный отпуск продолжительностью 30 календарных дней по истечении 6 календарных месяцев службы;
    - военнослужащим, временно направленным для исполнения обязанностей военной службы или командированным на территорию зон радиоактивного загрязнения, дополнительные отпуска предоставляются пропорционально времени исполнения обязанностей военной службы в этих зонах из расчета: 30 календарных дней за 9 месяцев нахождения военнослужащего на территории зоны отчуждения.
    2. Правомерность предоставления дополнительных отпусков военнослужащим, проходящим военную службу по призыву.
    В соответствии со ст. 28 Положения о порядке прохождения военной службы военнослужащим установлены следующие виды отпусков:
    а) основной;
    б) каникулярные - военнослужащим, обучающимся в военно-учебных заведениях;
    в) дополнительные - военнослужащим, проходящим военную службу по призыву и по контракту;
    г) по беременности и родам - военнослужащим женского пола;
    д) по уходу за ребенком - военнослужащим, проходящим военную службу по контракту.
    Военнослужащим также могут быть предоставлены отпуска по другим основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации.
    В соответствии с п. 12 ст. 11 Федерального закона "О статусе военнослужащих" и подп. "г" п. 15 Положения о порядке прохождения военной службы отпуска, установленные для военнослужащих Законом Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", являются дополнительными и в счет основного отпуска не засчитываются.
    Таким образом, право военнослужащих, проходящих военную службу по призыву, на предоставление дополнительных отпусков в соответствии с Законом Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" не является производным от права на основной отпуск и не зависит от сокращения срока военной службы по призыву и исключения права на основной отпуск. Поэтому указанные отпуска военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, должны предоставляться. 

    http://mo-jurist.narod.ru


    Это сообщение было отредактировано Олег Хоренко 11 апреля 2016 г. 3:39:12 MSK
    • Модератор
    • сообщений 952
    15 апреля 2016 г. 4:13:45 MSK

    Особенности судебной защиты прав военнослужащих при незаконном увольнении с военной службы

    В последние несколько лет в связи с проводимой в Вооруженных Силах Российской Федерации военной реформой с военной службы были уволены и еще будут уволены (причем значительная часть - досрочно, т.е. ранее установленного законами предельного возраста нахождения на военной службе) многие тысячи военнослужащих, проходивших (проходящих) военную службу по контракту. Аналогичная картина наблюдается сейчас и в МВД России.
    Увольнение с военной службы является сложной и ответственной процедурой. И, как показывает практика, нередко при увольнении военнослужащих нарушаются те или иные их права, что влечет за собой важные правовые последствия. Так, например, несоблюдение порядка увольнения с военной службы может являться основанием для отмены приказа об увольнении, восстановления уволенного военнослужащего на военной службе с выплатой ему неполученного денежного довольствия за все время незаконного увольнения. Следует особо отметить, что сейчас правовая культура большинства граждан России значительно возросла, и поэтому все чаще военнослужащие за защитой своих нарушенных прав обращаются в суды. Но нередко бывает и так, что суды не оправдывают надежд уволенных военнослужащих и не восстанавливают их нарушенных прав в полном объеме либо вообще отказывают в удовлетворении заявленных ими требований. И, что обиднее всего, чаще всего такое случается по вине самих военнослужащих: из-за того, что они просто не знают и соответственно не выполняют самых элементарных процессуальных правил, соблюдение которых могло бы обеспечить им безусловную победу в судебном процессе и гарантировало бы восстановление их нарушенных прав в полном объеме.
    Так, нормами высшего закона России - ст. 46 Конституции Российской Федерации всем гражданам России (в том числе соответственно и военнослужащим - гражданам Российской Федерации) гарантирована судебная защита их прав и свобод, а также в них указано, что решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.
    Исходя из гарантий ст. 46 Конституции Российской Федерации и в соответствии с нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), ст.ст. 1 и 4 Закона Российской Федерации "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан", указаниями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данными в постановлении "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих" от 14 февраля 2000 г. N 9 военнослужащие вправе оспорить в военный суд действия и решения органов военного управления и воинских должностных лиц, нарушающие их права и свободы (в том числе и нарушения, допущенные при их увольнении с военной службы и исключении из списков личного состава воинской части).
    Следует учесть, что согласно ст. 10 Федерального закона "О статусе военнослужащих" конституционное право на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) реализуется военнослужащими посредством прохождения ими военной службы. Поэтому при разрешении дел по искам и заявлениям военнослужащих на нарушение их прав суды руководствуются тем, что порядок прохождения военной службы, в частности, заключение контракта о прохождении военной службы, прекращение его действия, поступление на военную службу и увольнение с нее, назначение на воинские должности и освобождение от воинских должностей, дисциплинарная и материальная ответственность военнослужащих, а также иные правоотношения, имеющие специфический характер в условиях военной службы, регулируются специальными федеральными законами и иными нормативными правовыми актами (в том числе ведомственными), определяющими порядок прохождения военной службы и статус военнослужащих.
    В соответствии со ст. 7 Федерального конституционного закона "О военных судах Российской Федерации", ст. 25 и ч. 3 ст. 254 ГПК РФ военным судам, за исключением дел, отнесенных к подсудности Верховного Суда Российской Федерации, подсудны все гражданские и административные дела о защите нарушенных и (или) оспариваемых прав, свобод и охраняемых законов интересов военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, граждан, проходящих воинские сборы, от действий (бездействия) органов военного управления, воинских должностных лиц и принятых ими решений. Иным судам общей юрисдикции и мировым судьям такие дела не подсудны.
    Таким образом, правоотношения по увольнению военнослужащих с военной службы и исключению их из списков личного состава воинской части относятся не к трудовым, а к военно-административным, т.е. специфическим отношениям, и потому регулируются не нормами трудового законодательства Российской Федерации, а федеральными законами и иными нормативными правовыми актами (в том числе ведомственными), определяющими порядок прохождения военной службы и статус военнослужащих. И понятно, что в силу общеправового принципа о компетентности суда такие правоотношения должны рассматривать и оценивать судьи, компетентные в военном законодательстве, также имеющем специфический характер, и с учетом того, что многие права и обязанности военнослужащих не имеют аналогов в трудовом и гражданском законодательстве России, т.е. также являются специальными и не присущими другим гражданам Российской Федерации.
    Следовательно нарушения, допущенные воинскими должностными лицами при увольнении военнослужащих с военной службы и исключении их из списков личного состава воинской части, рассматриваются только военными судами и в большинстве случаев не могут быть рассмотрены в гражданских судах общей юрисдикции (или мировыми судьями). Поэтому, если военнослужащий считает, что при его увольнении с военной службы (в том числе при исключении его из списков личного состава воинской части), командование нарушило какие-либо его права или свободы, он может оспорить эти нарушения только в военный суд и только в течение трех месяцев со дня его исключения из списков личного состава воинской части, в которой он проходил военную службу по контракту.
    Конечно, нормами ГПК РФ установлено, что суд может рассмотреть и разрешить по существу заявление, поданное в суд и после истечения установленного законом процессуального срока (т.е. в рассматриваемом случае - спустя три месяца после дня исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части). Указанный трехмесячный срок обращения в суд со дня, когда военнослужащему стало известно о нарушении его прав и свобод, установлен нормами ст. 256 ГПК РФ. Пропуск этого срока не должен являться для суда основанием для отказа в принятии заявления, но при отсутствии уважительных причин пропуска срока на обращение в суд (либо если суд не посчитает их таковыми) является основанием для отказа в удовлетворении требований заявителя в предварительном судебном заседании или в самом судебном заседании без исследования фактических обстоятельств дела, в том числе при отсутствии заявления об этом государственного органа или должностного лица (ответчика), действия которого оспариваются заявителем (уволенным военнослужащим). А уважительными суды, как правило, признают только те причины, по которым заявитель реально не имел физической возможности обратиться в суд. Исходя из практики судов причины пропуска на обращение в суд для признания их уважительными должны носить исключительный характер: например, уволенный военнослужащий со дня увольнения и до дня обращения в суд постоянно находился в реанимации или на стационарном лечении в лечебном заведении (хотя во втором случае это будет зависеть от позиции судьи: ведь формально обращение в суд могло быть направлено из больницы и по почте). И даже если суд формально признает причины пропуска срока заявителем уважительными, на практике это еще не гарантирует победу в судебном процессе: у судьи может сложиться субъективное мнение, что заявитель намеренно тянул время с обращением в суд, чтобы получить побольше выгод от создавшейся ситуации с незаконным увольнением. Поэтому в интересах уволенных с нарушениями военнослужащих не пропускать установленный ст. 256 ГПК РФ трехмесячный срок для обращения в суд, а обращаться в суд своевременно.
    В качестве примера автор настоящей статьи может привести случай из практики. Военнослужащий, проживающий в служебной квартире и состоящий в очереди воинской части на получение квартиры для постоянного проживания, вопреки его четко выраженному в листе беседы перед увольнением желанию не увольнять его без обеспечения постоянным жильем был командиром уволен по "льготному" основанию (по болезни) и исключен из списков личного состава воинской части без обеспечения его постоянным жильем, т.е. фактически незаконно и с прямым нарушением гарантий ст. 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих" о предоставлении ему жилья вне очереди до увольнения с военной службы. Хотя формально общее право на жилище этого военнослужащего не было нарушено, так как он был оставлен в общей очереди воинской части на получение жилого помещения, в которой благополучно состоит на учете и в настоящее время, спустя два года после увольнения. Нарушение же командиром норм ст. 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих" при его увольнении давало этому военнослужащему право на восстановление на военной службе до тех пор, пока его не обеспечат постоянным жильем, и потому он мог бы уже давно получить квартиру для постоянного проживания вне какой-либо очереди. Но из-за слабого знания своих прав и ряда других объективных причин этот военнослужащий обратился с заявлением в военный суд не в течение трех месяцев со дня исключения из списков личного состава воинской части, а гораздо позже. Поэтому судья занял в деле указанного военнослужащего двойственную позицию: рассмотрел частично фактические обстоятельства дела и даже установил факты нарушений порядка увольнения этого военнослужащего (но без дачи конкретной оценки, что это было нарушением его прав), однако в удовлетворении всех его требований все же отказал, мотивировав это тем, что жилищное право военнослужащего в целом не было нарушено, так как он был оставлен на учете в очереди воинской части на получение жилого помещения (но от оценки, что порядок очередности его учета в этой очереди не соблюдается, суд уклонился, мотивировав тем, что это не было предметом требований заявления), и что, кроме периодов стационарного лечения, военнослужащий находился и на амбулаторном лечении, когда мог направить заявление в суд по почте, т.е. суд фактически поставил под сомнение уважительность пропуска уволенным военнослужащим срока на обращение в суд. К сожалению, оценка уважительности причин пропуска на обращение в суд - это исключительное право суда. И если судья не признает причины пропуска срока уважительными, такую оценку в настоящее время практически невозможно опровергнуть и оспорить. Но если бы этот уволенный военнослужащий своевременно, в течение трех месяцев после увольнения, обратился в суд, все "козыри" были бы у него на руках и суд обязан был бы восстановить его на военной службе до тех пор, пока ему не предоставят постоянное жилье. Учитывая же то, что Министерство обороны Российской Федерации не заинтересовано в том, чтобы "переплачивать" уже уволенным военнослужащим, он бы уже давно получил постоянное жилье, заслуженное им многолетней добросовестной службой нашему государству.
    Особенностью судопроизводства в военных судах является то, что правоотношения, связанные с исполнением военнослужащими как носителями публичной власти своих служебных обязанностей, по своей юридической природе являются публично-правовыми. А согласно правовым позициям, высказанным Европейским судом по правам человека, споры, связанные с прохождением военной службы, не являются спорами о гражданских правах, в том числе при наличии требований материального характера. Таким образом, нормы подразд. III разд. II ГПК РФ применяются в военных судах, когда требования военнослужащих, в том числе имущественного характера, непосредственно вытекают из административно-правовых и иных публичных отношений, основанных на властных полномочиях одной стороны по отношению к другой. В этих случаях все требования военнослужащих (в том числе и уже уволенных с военной службы), как правило, разрешаются военными судами по существу при рассмотрении заявлений, поскольку в соответствии со ст. 258 ГПК РФ суд, признав заявление обоснованным, обязан вынести решение о восстановлении нарушенных прав в полном объеме. Хотя в отдельных случаях, когда оспариваемые действия совершены органами военного управления и воинскими должностными лицами не в порядке осуществления административно-властных полномочий, а в процессе осуществления иной деятельности, основанной на равенстве участников правоотношений, ряд дел военные суды могут рассматривать и разрешать и в порядке искового производства.
    Однако следует учесть и то, что нарушения порядка увольнения и другие нарушения прав военнослужащих, допущенные при их увольнении с военной службы, военные суды в настоящее время рассматривают и разрешают в абсолютном большинстве случаев также в порядке публично-правового (в соответствии с нормами гл. 23 и 25 ГПК РФ), а не искового судопроизводства. Именно этими особенностями судопроизводства обусловлен и такой незначительный процессуальный срок (три месяца после увольнения, а не три года) на обращение уволенных военнослужащих в суд.
    Согласно ст. 255 ГПК РФ неправомерными, ущемляющими права военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы, являются как коллегиальные (например, отказ жилищной комиссии воинской части поставить военнослужащего на учет в очередь на получение жилья или решение аттестационной комиссии), так и единоличные действия (или бездействие) и решения органов военного управления и воинских должностных лиц, в результате которых:
    1) нарушены права и свободы военнослужащего или гражданина, уволенного с военной службы (например, военнослужащий был уволен с военной службы вопреки его желанию без обеспечения его жильем либо без стажа военной службы, дающего право на назначение ему военной пенсии за выслугу лет);
    2) созданы препятствия к осуществлению военнослужащим, гражданином, уволенным с военной службы, его прав и свобод (например, у уволенного военнослужащего раньше времени изъяли служебный пропуск, и потому он не имеет реальной возможности прибыть в финансовую часть, находящуюся на "режимной территории", и своевременно получить полный расчет при исключении его из списков личного состава воинской части; либо из воинской части личное дело военнослужащего было направлено в военкомат с большой задержкой по времени, и потому военнослужащему военная пенсия была назначена несвоевременно);
    3) на военнослужащего или гражданина, уволенного с военной службы, незаконно возложена какая-либо обязанность или он незаконно привлечен к какой-либо ответственности (например, военнослужащий перед увольнением был командиром несправедливо наказан в дисциплинарном порядке, что послужило "негативным" основанием для его досрочного увольнения вопреки его желанию либо причиной лишения его дополнительных денежных выплат, т.е. фактически неполного расчета с ним при его исключении из списков личного состава; либо военнослужащий перед увольнением был несправедливо и неправомерно привлечен к материальной ответственности, хотя у командира не было для этого законных оснований, и потому с военнослужащим фактически был произведен неполный расчет при его исключении из списков личного состава воинской части).
    Согласно же нормам действующего законодательства военнослужащие наделены правом на защиту от необоснованного увольнения с военной службы и на соблюдение их прав и льгот при увольнении с военной службы в следующих случаях:
    - военнослужащие, проходящие военную службу по контракту и не достигшие предельного возраста пребывания на военной службе, не могут быть уволены с военной службы без их согласия (причем на практике требуется, чтобы это согласие было четко и недвусмысленно выражено в письменном документе, например в листе беседы перед увольнением или в отдельном рапорте) до приобретения ими права на пенсию за выслугу лет (а такая пенсия назначается военнослужащим при стаже военной службы 20 лет и более либо при общем стаже трудовой деятельности 25 лет и более, из которых не менее 12,5 лет составляет стаж военной службы), за исключением случаев досрочного увольнения по основаниям, установленным Федеральным законом "О воинской обязанности и военной службе" (в том числе в связи с организационно-штатными мероприятиями) (абз. 1 п. 1 ст. 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих");
    - военнослужащие, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, нуждающиеся в улучшении жилищных условий по нормам, установленным федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, без их согласия (это согласие либо несогласие так должно быть четко и недвусмысленно выражено в листе беседы перед увольнением либо в отдельном письменном рапорте военнослужащего) не могут быть уволены с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями (т.е. по так именуемым "льготным" основаниям увольнения) без предоставления им жилых помещений (причем именно для постоянного проживания, а не служебных) (абз. 2 п. 1 ст. 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих").
    При этом, следует учесть, что в тех случаях, когда указанные военнослужащие, настаивая на досрочном увольнении с военной службы по вышеназванным "льготным" основаниям, дали согласие (в письменной форме) на увольнение их до достижения ими предельного возраста пребывания на военной службе либо согласились уволиться с военной службы без предоставления им жилья до увольнения (или на решение жилищного вопроса в другой форме: например, способом получения ГЖС на покупку жилья или способом оставления их на учете в очереди воинской части на получение жилья), они лишаются в дальнейшем права требовать восстановления на военной службе по основаниям незаконности их увольнения и нарушения их прав при увольнении (что логично: ведь они же, находясь в здравом уме и твердой памяти, ясно и недвусмысленно дали согласие на такое их увольнение) и соответственно права на обеспечение их жилым помещением до увольнения, поскольку в таком случае требования п. 1 ст. 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих" не нарушаются. Также следует учесть, что это не нарушает права военнослужащих на пенсию и на труд, так как не препятствует заключению уволенным военнослужащим нового контракта о прохождении военной службы, в том числе и в другой воинской части и даже в другом федеральном органе государственной власти, в котором законом предусмотрена военная служба, где этот военнослужащий может "дослужить" до необходимого ему для пенсии стажа военной службы. Требование выяснять согласие военнослужащего на такой порядок его увольнения в вышеуказанных случаях является мерой государственной защиты и правовой гарантией от необоснованного и незаконного увольнения военнослужащего с военной службы без учета его личного желания.
    Кроме того, военнослужащие наделены правом на защиту от необоснованного увольнения с военной службы и на соблюдение их прав и льгот при увольнении с военной службы и в других случаях:
    - не допускается увольнение с военной службы беременных женщин-военнослужащих, женщин-военнослужащих, имеющих детей в возрасте до трех лет, а также имеющих детей-инвалидов или инвалидов с детства до достижения ими возраста 18 лет (одиноких матерей, имеющих детей в возрасте до 14 лет), кроме случаев, когда указанные военнослужащие подлежат увольнению с военной службы по основаниям, предусмотренным подп. "а", "в"-"ж" п. 1 ст. 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе", или когда увольнение осуществляется по их желанию (п. 25 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы);
    - в п. 16 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы указано, что военнослужащий, уволенный с военной службы, на день исключения из списков личного состава воинской части должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением. До проведения с военнослужащим всех необходимых расчетов он из списков личного состава воинской части без его согласия (такое согласие должно быть выражено в письменной форме, и его содержание должно быть четким и конкретным и не вызывать неоднозначного толкования) не исключается.
    Следует особо отметить, что несоблюдение командованием указанного условия (исключение уволенного военнослужащего из списков личного состава воинской части и тем самым окончательное прекращение с ним военно-служебных отношений без его согласия на это и без проведения с ним полного расчета по установленным видам довольствия) в большинстве случаев на практике является безусловным основанием для признания судом приказа об исключении военнослужащего из списков личного состава воинской части незаконным и, при желании военнослужащего на это, основанием для отмены такого приказа и для восстановления его в списках личного состава воинской части со дня издания такого незаконного приказа. Этим специальные права военнослужащих существенно отличаются от трудовых прав работников, для которых неполный расчет при увольнении в большинстве случаев влечет только выплату им дополнительной денежной компенсации, но не может служить правовым основанием для восстановления работника на работе.
    Кроме того, в п. 14 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 г. N 1237, указаны два обязательных к соблюдению элемента порядка увольнения военнослужащего с военной службы, несоблюдение которых, как правило, самостоятельным основанием для отмены приказов об увольнении военнослужащего с военной службы и об исключении его из списков личного состава воинской части служить не может, но в совокупности с другими нарушениями порядка увольнения может сыграть решающую роль для дачи судом оценки о незаконности увольнения военнослужащего с военной службы:
    "Перед представлением военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, к увольнению с военной службы:
    а) уточняются данные о прохождении им военной службы, при необходимости документально подтверждаются периоды его службы, подлежащие зачету в выслугу лет в календарном исчислении и отдельно на льготных условиях, и в соответствии с законодательством Российской Федерации исчисляется выслуга лет. Об исчисленной выслуге лет объявляется военнослужащему (как правило, на практике это реализуется ознакомлением увольняемого военнослужащего под роспись с личным делом перед увольнением, в том числе и с приобщенным к личному делу расчетом выслуги лет. - Прим. авт.). Возражения военнослужащего по исчислению выслуги лет рассматриваются командиром (начальником), и до представления военнослужащего к увольнению с военной службы по ним принимаются решения;
    б) с ним проводится индивидуальная беседа, как правило, командиром воинской части. Содержание проведенной беседы отражается в листе беседы. Лист беседы подписывается военнослужащим, увольняемым с военной службы, а также должностным лицом, проводившим беседу, и приобщается к личному делу военнослужащего".
    Автор обращает особое внимание как командиров воинских частей, так и самих увольняемых военнослужащих на то, что такая беседа обязательно должна проводиться командиром воинской части со всеми увольняемыми военнослужащими независимо от того, по каким основаниям их планируют уволить с военной службы (т.е., с увольняемыми не только по "льготным" основаниям, но и по собственному желанию, и даже с теми, кого планируют уволить по "негативным" основаниям). В ходе такой беседы, как правило, выясняются и уточняются все существенные вопросы, связанные с увольнением, в том числе и отношение самого военнослужащего к увольнению и условиям увольнения (например, выясняется, согласен ли военнослужащий на увольнение его без обеспечения жильем, если у военнослужащего имеется на это право, военнослужащий дополнительно ознакомляется с расчетом выслуги лет и т.п.). В случае судебного спора лист беседы будет являться бесспорным доказательством для установления судом тех или иных юридических фактов, связанных с увольнением, и соответственно подтверждающим позиции сторон (уволенного военнослужащего и командования) в судебном споре.
    Нормами вышеуказанного Положения прохождение увольняемым военнослужащим медицинского обследования военно-врачебной комиссией перед увольнением не указано в качестве обязательного элемента порядка увольнения для всех возможных случаев увольнения военнослужащих, проходящих военную службу по контракту. Тем не менее, автор настоящей статьи, исходя из практики, рекомендует командирам воинских частей направлять всех увольняемых военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, перед представлением их к увольнению, вне зависимости от основания их увольнения (в том числе увольняемых по собственному желанию и по "негативным" основаниям), в военно-медицинские учреждения для прохождения комплексного медицинского обследования перед увольнением и для дачи военно-врачебной комиссией заключения о состоянии их здоровья. Соблюдение командирами воинских частей этого условия позволит им избежать в дальнейшем неприятных "сюрпризов", когда, например, в судебном процессе может выясниться, что уволенный "по собственному желанию" военнослужащий должен был быть уволен по "льготному" основанию (по болезни), что будет, безусловно, являться законным основанием для отмены приказа об увольнении такого военнослужащего с военной службы и для восстановления его на военной службе и в списках личного состава воинской части в целях направления на военно-врачебную комиссию и для последующего увольнения по новому, "льготному", основанию. Для увольняемых военнослужащих это также выгодно, так как позволяет узнать о болезни, полученной во время военной службы, заранее и своевременно, во время военной службы, добиться от командира изменения основания увольнения, что позволит в дальнейшем избежать судебного разбирательства и сэкономит много сил и средств как государству, так и самому военнослужащему.
    В силу норм ст.ст. 131 и 254 ГПК РФ незаконно уволенный военнослужащий должен подать заявление в военный суд в письменной форме. Военнослужащий (гражданин, уволенный с военной службы) имеет право подать заявление в военный суд по месту своего жительства либо по месту нахождения органа военного управления или воинского должностного лица, действия которых им оспариваются (как правило, эти места совпадают, т.е., заявление подается в ближайший гарнизонный военный суд, в судебной юрисдикции которого находится воинская часть военнослужащего). Но военнослужащий также вправе подать заявление и в территориально иной военный суд, по месту расположения одного из ответчиков (например, если одно из заинтересованных лиц - Министерство обороны Российской Федерации, то военнослужащий вправе подать заявление и в гарнизонный военный суд г. Москвы).
    В заявлении в суд обязательно должно быть указано следующее:
    1) наименование суда, в который подается заявление (например: "в Ивановский гарнизонный военный суд");
    2) наименование заявителя (уволенного военнослужащего, в том числе его имя, отчество и фамилия; например: "заявитель: Иванов Иван Иванович"), его место жительства, а также наименование представителя и его адрес, если заявление подается представителем;
    3) наименование заинтересованного лица (т.е., воинского должностного лица или командира воинской части), его место жительства или место нахождения воинской части (учреждения) (например: "заинтересованное лицо: командир войсковой части 11111, г. Тула-6, войсковая часть 11111);
    4) в чем заключаются нарушение или угроза нарушения прав, свобод или законных интересов заявителя (т.е., излагается суть нарушений при увольнении: например, "был уволен по "льготному" основанию без обеспечения жильем") и его требования (что конкретно требует: например, "обязать командира отменить приказ об увольнении и восстановить на военной службе до тех пор, пока меня не обеспечат жильем для постоянного проживания");
    5) обстоятельства, на которых заявитель основывает свои требования, и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства (например: "против увольнения без обеспечения жильем возражал, что отражено в листе беседы перед увольнением, но командир проигнорировал мое желание"; или: "просил уволить "по болезни", что подтверждается заключением военно-врачебной комиссии и копией моего рапорта командиру, но, вопреки желанию, был уволен по окончании срока контракта"),
    6) в случае необходимости расчет взыскиваемых или оспариваемых денежных сумм (например, при исключении из списков личного состава воинской части с военнослужащим не был произведен полный расчет: не выдана полностью денежная компенсация за вещевое имущество; или, как в случае из практики автора настоящей статьи, с увольняемым военнослужащим был произведен расчет исходя из старого тарифного разряда, из-за чего произошла значительная недоплата, и суд оценил это как неполный расчет при исключении из списков личного состава воинской части без согласия увольняемого военнослужащего);
    7) сведения о соблюдении досудебного порядка обращения к ответчику, если заявитель делал попытки внесудебного разрешения спора (так как военнослужащий вправе обжаловать нарушения его прав и во внесудебном порядке, например вышестоящему командиру, но следует учесть, что для подачи заявления в суд по нарушениям, допущенным при увольнении, процедура досудебного разрешения спора не носит обязательного характера);
    8) перечень прилагаемых к заявлению документов (т.е., доказательств по делу, в которых подтверждаются факты нарушений прав заявителя и порядка его увольнения, а также другие юридически значимые для дела факты, например: "ксерокопия листа беседы"),
    В заявлении также могут быть указаны номера телефонов, факсов, адреса электронной почты заявителя, его представителя, ответчика (командира или воинской части), иные сведения, имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела, а также изложены ходатайства заявителя (например, ходатайство об истребовании судом от заинтересованного лица всех документов по увольнению военнослужащего или о затребовании судом из военкомата личного дела заявителя).
    Заявление должно быть подписано заявителем (самим уволенным военнослужащим) или его представителем, подающим заявление от имени уволенного военнослужащего, при наличии у него полномочий на подписание заявления и предъявление его в суд (т.е., к заявлению, подаваемому представителем, должна быть приложена нотариально удостоверенная доверенность, в которой перечислены полномочия представителя на ведение этого дела). Исходя из практики целесообразнее заявление подписывать всегда самому заявителю. Представитель (например, адвокат) составляет и подписывает заявление в суд, как правило, в тех случаях, когда сам заявитель не имеет для этого физической возможности (например, находится в реанимации или у заявителя повреждена рука и он не может сам подписать заявление).
    В силу норм ст.ст. 132 и 254 ГПК РФ к заявлению должны быть приложены:
    1) его копии - в количестве по числу заинтересованных лиц и третьих лиц, привлеченных к участию в деле (например, "заинтересованные лица: командиры воинской части и дивизии, третье лицо: начальник КЭЧ" - значит, к заявлению должны быть приложены три копии заявления);
    2) документ, подтверждающий уплату государственной пошлины за обращение в суд (в настоящее время размер государственной пошлины за обращение с заявлением в суд первой инстанции - 200 руб.; уплачивается через отделения Сбербанка России; корешок квитанции об уплате государственной пошлины прилагается к подаваемому в суд заявлению);
    3) доверенность или иной документ, удостоверяющие полномочия представителя заявителя (если в деле будет участвовать представитель, например, адвокат);
    4) документы, подтверждающие обстоятельства, на которых заявитель основывает свои требования (например, ксерокопия листа беседы), копии этих документов для заинтересованных лиц и третьих лиц, если копии этих документов у них отсутствуют;
    5) расчет взыскиваемой или оспариваемой денежной суммы, подписанный заявителем, его представителем, с копиями для заинтересованных лиц и третьих лиц (например, заявитель вправе требовать дополнительно, чтобы ответчик выдал ему невыданные при исключении из списков личного состава воинской части денежные выплаты в повышенном размере, с учетом роста индекса цен потребительской корзины. Но он обязан обосновать эти свои требования расчетом в письменной форме, сделанным на основе справки из ТО Росстата о росте этого индекса цен).
    Автор настоящей статьи обращает особое внимание на то, что конечный результат судебного разбирательства (т.е. удовлетворение судом заявленных требований или отказ в их удовлетворении) зависит от многих факторов. В том числе в немалой степени от того, как составлено и сформулировано содержание заявления в суд, какие именно нарушения (и на каком этапе увольнения) оспариваются, кто указывается третьим лицом (чьи конкретно действия или решения оспариваются) и как конкретно сформулированы требования заявления (что конкретно военнослужащий требует).
    Например, следует учитывать то важное обстоятельство и особенность военной службы, что увольнение военнослужащего с военной службы, в отличие от увольнения работника (по трудовому праву), влечет издание двух правовых актов: приказа по личному составу об увольнении с военной службы и приказа по строевой части об исключении военнослужащего из списков личного состава воинской части в связи с увольнением с военной службы, тогда как увольнение работника предполагает издание только одного приказа о его увольнении, и то, что даты издания этих двух приказов по времени, как правило, "разнесены" иногда на довольно продолжительный временной промежуток. Нормами действующего законодательства Российской Федерации "узаконено" такое правовое положение, когда военнослужащий, будучи уже фактически уволенным с военной службы, какое-то время (иногда длительное: несколько месяцев), вплоть до дня исключения его из списков личного состава воинской части, продолжает оставаться субъектом военно-служебных отношений, причем сохраняет все права, гарантированные ему статусом военнослужащего, но круг обязанностей военнослужащего существенно ограничен.

    Продолжение следует >>>
    http://mo-jurist.narod.ru


    Это сообщение было отредактировано Олег Хоренко 15 апреля 2016 г. 4:18:58 MSK
    • Модератор
    • сообщений 952
    15 апреля 2016 г. 4:20:15 MSK

    Особенности судебной защиты прав военнослужащих при незаконном увольнении с военной службы (окончание)

    Данные обстоятельства, в свою очередь, обусловливают несколько важных факторов.
    Во-первых, для большинства военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, приказ об их увольнении с военной службы и приказ об исключении из списков личного состава управомочены издавать разные воинские должностные лица (разные командиры), в большинстве случаев территориально находящиеся в разных местах.
    Во-вторых, издание приказа об увольнении военнослужащего с военной службы юридически не означает прекращения с ним военно-служебных отношений. Военно-служебные отношения прекращаются окончательно лишь с изданием приказа об исключении военнослужащего из списков личного состава воинской части. Таким образом, датой окончания военной службы юридически и фактически считается дата исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части.
    В-третьих, нарушения прав военнослужащего и порядка его увольнения могут быть допущены на разных этапах и стадиях увольнения. А нормы действующего законодательства предусматривают разные правовые последствия для компенсации и устранения этих нарушений, в том числе, например, восстановление уволенного военнослужащего в списках личного состава воинской части (на военной службе) без отмены приказа о его увольнении с военной службы. Кроме того, часть нарушений, допущенных при увольнении военнослужащего, может быть устранена и без его восстановления на военной службе.
    Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 25 постановления "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих" от 14 февраля 2000 г. N 9 рекомендует военным судам разрешать дела по заявлениям с требованиями, связанными с нарушениями при увольнении военнослужащих с военной службы, следующим образом:
    "В случае незаконного увольнения с военной службы военнослужащего до приобретения им права на пенсию за выслугу лет либо без обеспечения его жилым помещением он на основании пункта 2 статьи 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих" подлежит восстановлению на службе в прежней (или с его согласия - равной или не ниже) должности с возмещением всех причиненных убытков и компенсацией морального вреда. При этом признание военнослужащего негодным по состоянию здоровья к военной службе или достижение им предельного возраста состояния на военной службе не может служить препятствием к принятию такого решения.
    В том случае, если увольнение военнослужащего, проходившего военную службу по контракту, произведено на законных основаниях, однако нарушен установленный Положением о порядке прохождения военной службы порядок увольнения военнослужащего в части обеспечения установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением, должно приниматься решение не об отмене приказа об увольнении с военной службы, а только об отмене приказа об исключении этого лица из списка личного состава воинской части, восстановлении конкретных нарушенных прав и возмещении ущерба. При этом срок, в течение которого восстанавливались нарушенные права, подлежит включению в срок военной службы путем возложения на соответствующее должностное лицо обязанности изменить дату исключения военнослужащего из списка личного состава воинской части.
    В случае, если нарушение прав военнослужащего может быть устранено без восстановления его на военной службе или в списке личного состава воинской части и сам военнослужащий не ставит вопрос об этом восстановлении, судом выносится решение только об устранении допущенного нарушения".
    К примеру, военнослужащий был уволен с военной службы незаконно, без предоставления ему жилья, что является безусловным основанием для восстановления его на военной службе до тех пор, пока его не обеспечат жильем. Но у ответчика (командования) появилась возможность обеспечить этого военнослужащего жильем, т.е. фактически устранить это нарушение его прав еще в ходе судебного процесса, до вынесения судом решения по делу. Таким образом, по сути, главная цель обращения уволенного военнослужащего в суд уже достигнута: он, пусть и с опозданием, но все же получил от ответчика положенное ему жилье. И безусловно, восстановление его на военной службе в таком случае уже не имеет никакого практического смысла: ведь главное нарушение его прав при увольнении командование уже устранило.
    Однако автор настоящей статьи хотел бы обратить внимание военнослужащих на следующее: в силу указаний абз. 2 п. 25 Постановления N 9 уволенный военнослужащий вправе требовать, чтобы суд обязал ответчика (командира воинской части) без восстановления уволенного военнослужащего на военной службе изменить дату его исключения из списков личного состава воинской части, указав в новом приказе в качестве таковой дату обеспечения военнослужащего жильем, и соответственно произвести ему все установленные выплаты за этот период незаконного увольнения. А абз. 3 п. 25 постановления N 9 фактически позволяет военным судам лишать военнослужащего этого дополнительного права (на возмещение убытков от незаконного увольнения), если уволенный военнослужащий в связи с незнанием законов и своих прав не заявит в суде такое требование. Но, учитывая этот недостаток указаний абз. 3 п. 25 постановления N 9, автор все же не склонен усматривать в этих указаниях Пленума Верховного Суда Российской Федерации чей-то "злой умысел": ведь суды - это государственные органы и они призваны, кроме прав граждан, защищать и государственные интересы, в том числе принимать меры для экономии средств федерального бюджета. Да и на практике часто бывает, что для многих уволенных военнослужащих это дополнительное право (на возмещение убытков) не имеет столь уж принципиального значения: главное для них - получить гарантированное им законом жилье от государства. И ради этого они готовы идти на компромиссы.
    Автор настоящей статьи рекомендует воинским должностным лицам (командирам воинских частей) учитывать указанные обстоятельства, а также то, что нормы ГПК РФ предусматривают такую форму разрешения судебных споров, как "мировое соглашение сторон" на взаимовыгодных для сторон условиях, без разрешения требований заявления по существу, т.е. применительно к рассматриваемым в настоящей статье вопросам командиры воинских частей вполне могут, предварительно согласовав эти вопросы с уволенным военнослужащим, устранить допущенные при его увольнении нарушения в ходе судебного процесса, до вынесения судом решения по делу, и попытаться заключить с этим военнослужащим мировое соглашение, в котором обязательно должен быть указан точный срок устранения конкретных нарушений, допущенных при его увольнении (в случае, если не все нарушения были устранены до заключения мирового соглашения). Но даже если суд и не утвердит такое мировое соглашение, добровольное устранение ответчиком нарушений, допущенных при увольнении заявителя, в ходе судебного процесса обязательно будет учтено судом при вынесении решения по делу, позволит значительно снизить бремя убытков, подлежащих возмещению заявителю, и тем самым значительно сэкономить государственные средства.
    А уволенным военнослужащим, с учетом изложенного в настоящей статье, при составлении заявления в суд следует учитывать также и то, что каждому воинскому должностному лицу законами и нормативными актами (в том числе и ведомственными) установлен строго определенный круг обязанностей и предоставленных полномочий. Так, если военнослужащего вправе уволить с военной службы командир дивизии или командующий армией, а не командир воинской части, то в заявлении о незаконном увольнении должны быть указаны два заинтересованных лица: по нарушениям в приказе об увольнении - командир дивизии или командующий армией; а по нарушениям в представлении к увольнению, по порядку увольнения и по приказу об исключении из списков личного состава воинской части - командир воинской части (учреждения), в которой проходил военную службу уволенный военнослужащий. Соответственно и требование об отмене приказа об увольнении должно быть заявлено командиру дивизии (командующему армией), а требование об отмене приказа об исключении из списков личного состава - командиру воинской части.
    В заключение своей статьи автор хотел бы обратить внимание уволенных с нарушениями военнослужащих, желающих восстановить свои нарушенные права через суд, на ряд очень важных обстоятельств, которые рекомендует обязательно учитывать в судебном споре:
    Во-первых, восстановление по решению суда на военной службе (в том числе при отмене даже одного приказа об исключении из списков личного состава воинской части) налагает на уволенного военнослужащего ряд обязанностей, в том числе и обязанность ежедневно прибывать на военную службу в воинскую часть, в списках которой он будет восстановлен, и исполнять ряд других обязанностей военной службы. При этом, период такой "военной службы" может затянуться на месяцы, на что у командования всегда найдутся "отговорки": например, "квартир нет и не поступает". А оплату воинского труда военнослужащего командование в этот период производит "по минимуму".
    Во-вторых, многие уволенные военнослужащие к моменту вынесения решения суда о восстановлении их на службе часто уже работают на выгодных и высокооплачиваемых работах. Но по законам Российской Федерации военнослужащим запрещено где-либо еще работать или заниматься бизнесом, т.е. формально при восстановлении на военной службе военнослужащий должен уволиться с работы, что часто невыгодно, так как после нового увольнения он вряд ли восстановится на этой же работе.
    Многие "восстановленные" судом на военной службе военнослужащие "обходят" указанные выше проблемы, вообще не выходя на службу (или изредка, для проформы, появляясь на службе) и продолжая работать на прежней работе (или занимаются собственным бизнесом). Но такое поведение явно неправомерно и чревато привлечением к ответственности вплоть до уголовной. Конечно, вряд ли такого военнослужащего "посадят", но военная прокуратура может доставить ему много неприятностей.
    Автор ни в коем случае не отговаривает уволенных с нарушениями военнослужащих от борьбы за восстановление своих прав, в том числе и через суды. Но любой здравомыслящий человек должен предвидеть заранее, какие последствия (в том числе и негативные) могут ожидать его в будущем, и заранее принимать меры к минимизации негативных последствий. Например, если есть возможность восстановить нарушенные права без восстановления на военной службе (хотя в целом это и не всегда выгодно), то можно воспользоваться и таким вариантом, если выгода от восстановления на военной службе окажется меньше, чем негативные последствия от этого (например, потеря выгодной работы): следует настаивать, чтобы в решении суда были указаны обязанность конкретного должностного лица устранить нарушения прав уволенного военнослужащего и, по возможности, конкретный срок устранения этих нарушений прав, а также требование изменить дату исключения из списков личного состава воинской части. А если командование не будет торопиться с устранением нарушений, то можно, получив в суде исполнительный лист, добиться исполнения судебного решения через службу судебных приставов-исполнителей (такой вариант действий целесообразен и при восстановлении на военной службе, если командование "не торопится" с исполнением решения суда, т.е. задерживает уволенного военнослужащего на военной службе).
    В силу норм ст. 257 ГПК РФ заявление военнослужащего рассматривается судом в течение 10 дней с участием самого военнослужащего, командира воинской части или представителя воинской части, другого должностного лица, государственного служащего, решения, действия (бездействие) которых оспариваются. Военнослужащим следует иметь в виду, что неявка в судебное заседание кого-либо из этих лиц (в том числе и его самого), надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не является препятствием к рассмотрению судом его заявления, т.е., суд может рассмотреть дело и в отсутствие одной из сторон (заявителя или заинтересованного лица), если та надлежащим образом извещена о времени и месте судебного заседания, но не прибыла на судебное заседание и не просит отложить рассмотрение дела. Поэтому с учетом того что уволенный военнослужащий заинтересован в удовлетворении судом требований его заявления, он обязательно должен принимать все возможные меры для участия в судебном заседании, чтобы лично защищать свои права в судебном процессе. Если же заявитель не может принять участие в судебном заседании в назначенное судом время, то рекомендуется заранее известить суд об этом с указанием уважительных причин (например, болезнь или служебная командировка) и с просьбой перенести судебное заседание на другое время. В то же время нормами ст. 364 ГПК РФ в качестве существенного нарушения норм процессуального права, влекущего обязательную отмену решения суда первой инстанции в кассации, указано то, что "дело рассмотрено судом в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных о времени и месте судебного заседания". Поэтому суды, как правило, в случае неприбытия на судебное заседание одной из сторон чаще всего переносят судебное разбирательство на другую дату.
    Военнослужащим также следует иметь в виду то, что согласно ст. 9 Закона Российской Федерации "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" и ст. 98 ГПК РФ, они вправе часть судебных расходов (сумму государственной пошлины за обращение в суд и издержки, связанные с рассмотрением дела: например, как правило, частично, а не полностью - сумма оплаты услуг адвоката за участие в деле) взыскать с ответчика в случае, если суд удовлетворит основные требования заявления. А ст. 99 ГПК РФ позволяет заявителю взыскать по решению суда и компенсацию за фактическую потерю времени в случае, если ответчик систематически противодействовал правильному и своевременному разрешению дела (например, систематически не представлял в суд затребованные документы, не прибывал на судебные заседания по надуманным и неуважительным причинам и т.п.). Но закон предусматривает и обратное: ответчик также может потребовать возмещения заявителем его судебных расходов, если суд установит, что требования заявления были необоснованными или что сам заявитель систематически противодействовал правильному и своевременному разрешению дела.
    В силу норм ст. 210 ГПК РФ решение суда приводится в исполнение после вступления его в законную силу (т.е. после вынесения кассационного определения, подтвердившего это решение, либо по истечении срока на кассационное обжалование, если решение не было обжаловано), за исключением случаев немедленного исполнения. Поэтому если суд удовлетворит требования уволенного военнослужащего об отмене приказов о его увольнении или об исключении из списков личного состава воинской части и о восстановлении уволенного военнослужащего на военной службе, то в силу ст. 211 ГПК РФ решение суда в этой части подлежит немедленному исполнению ответчиками, даже если ответчики обжалуют это решение суда в кассационной жалобе.

    http://mo-jurist.narod.ru

    • Модератор
    • сообщений 952
    24 мая 2016 г. 0:17:38 MSK

    Правовая и социальная защита военнослужащих, участвующих в борьбе с терроризмом

    Участие военнослужащих в мероприятиях, связанных с противодействием терроризму, в том числе в контртеррористических операциях, неизбежно сопряжено со значительным риском для их жизни и здоровья. В связи с этим важнейшей составной частью рассматриваемого Федерального закона являются правовые нормы, содержащие меры правовой и социальной защиты военнослужащих, участвующих в борьбе с терроризмом.

    Сравнительно-правовой анализ федеральных законов "О противодействии терроризму" от 6 марта 2006 г. N 35-ФЗ и "О борьбе с терроризмом" от 25 июля 1998 г. N 130-ФЗ

    Сравнение федеральных законов "О противодействии терроризму" и "О борьбе с терроризмом" показывает, что их положения в части, касающейся социальной защиты военнослужащих, участвующих в борьбе с терроризмом, основываются на единых принципиальных подходах к государственной социальной поддержке указанных лиц. Необходимость социальной защиты военнослужащих, участвующих в борьбе с терроризмом, обусловлена, с одной стороны, наличием реальной угрозы их жизни и здоровью, а с другой стороны, государственной значимостью решаемых ими задач.
    Вместе с тем между указанными законодательными актами имеется ряд существенных отличий, суть которых состоит в следующем:
    - во-первых, несколько сужен круг лиц, подлежащих правовой и социальной защите в соответствии с Федеральным законом от 6 марта 2006 г. N 35-ФЗ: из их числа исключены сотрудники и специалисты органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации. Как представляется, такой подход законодателя к данному вопросу вполне оправдан, поскольку борьба с терроризмом является главным образом функцией государственных органов федерального уровня. Однако данную норму не следует расценивать как запрет на привлечение к борьбе с терроризмом работников органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления. Это означает лишь то, что в соответствии с последовательно осуществляемым курсом на разграничение полномочий между уровнями государственной власти Российской Федерации меры социальной поддержки указанных лиц должны быть определены в нормативных правовых актах субъектов Российской Федерации;
    - во-вторых, значительно увеличены размеры единовременных пособий, выплачиваемых лицам, пострадавшим в связи с участием в борьбе с терроризмом.

    - в-третьих, расширен перечень оснований для выплаты военнослужащим указанных выше единовременных пособий. Федеральным законом от 25 июля 1998 г. N 130-ФЗ было установлено лишь одно основание для производства указанных выплат - причинение вреда жизни и здоровью военнослужащего вследствие его участия в контртеррористической операции. В Федеральном законе от 6 марта 2006 г. N 35-ФЗ основанием для производства указанных выплат является причинение вреда жизни и здоровью не только при участии в контртеррористических операциях, но и в осуществлении других мероприятий по борьбе с терроризмом.
    - в-четвертых, установлена новая форма социальной защиты лиц, участвующих в борьбе с терроризмом: возмещение стоимости их имущества, утраченного или поврежденного при участии в осуществлении мероприятий по борьбе с терроризмом;
    - в-пятых, законодательно закреплен порядок льготного исчисления выслуги лет на пенсию военнослужащих, участвующих в борьбе с терроризмом. В этих целях Правительству Российской Федерации делегировано право определения порядка установления периодов непосредственного участия военнослужащих в контртеррористических операциях, засчитываемых в выслугу лет на пенсию на льготных условиях (служба в подразделениях, непосредственно осуществляющих борьбу с терроризмом, засчитывается в выслугу лет из расчета один день за полтора, а время непосредственного участия в контртеррористических операциях - из расчета один день службы за три дня);
    - в-шестых, Президенту Российской Федерации и Правительству Российской Федерации предоставлено право устанавливать военнослужащим, непосредственно участвующим в борьбе с терроризмом, должностные оклады с учетом повышения, а также устанавливать им дополнительные гарантии и компенсации.
    Статьи 21 и 23 Федерального закона "О противодействии терроризму", которыми установлены рассмотренные выше меры социальной защиты лиц, участвующих в борьбе с терроризмом, вступают в силу с 1 января 2007 г. До указанной даты сохраняют юридическую силу соответствующие нормы Федерального закона "О борьбе с терроризмом" от 25 июля 1998 г. N 130-ФЗ. 

    Противоречия Федерального закона от 6 марта 2006 г. N 35-ФЗ в части, касающейся правовой и социальной защиты военнослужащих, принимающих (принимавших) участие в борьбе с терроризмом

     

    Несмотря на изложенные выше очевидные достоинства Федерального закона "О противодействии терроризму" от 6 марта 2006 г. N 35-ФЗ, с точки зрения законодательного закрепления правовых гарантий социальной защиты участников борьбы с терроризмом указанный Закон, к сожалению, не смог преодолеть всех противоречий, содержавшихся в прежнем Федеральном законе "О борьбе с терроризмом", и сохранил многие его "родимые пятна", носящие противоречивый характер.
    Прежде всего, это касается сохранения правовой неопределенности в порядке выплаты единовременных пособий военнослужащим, пострадавшим при осуществлении мероприятий по борьбе с терроризмом. Нами уже неоднократно указывалось в печати на данную проблему. Эта неопределенность выступает в двояком смысле: во-первых, за более чем семилетний период действия Федерального закона от 25 июля 1998 г. N 130-ФЗ так и не был выработан финансовый механизм производства указанных единовременных выплат; во-вторых, остается не проясненным в нормативном порядке вопрос о том, производятся ли указанные выплаты в дополнение к страховым выплатам по обязательному государственному страхованию военнослужащих, или же эти выплаты производятся по выбору пострадавших лиц.
    Вторым существенным недостатком Федерального закона "О противодействии терроризму" является то обстоятельство, что в нем заметно снижен удельный вес норм прямого действия. Если в гл. V Федерального закона "О борьбе с терроризмом", регулировавшей вопросы правовой и социальной защиты участников борьбы с терроризмом, содержались лишь две отсылочные нормы, причем к иным законодательным актам, то статьи Федерального закона "О противодействии терроризму" по указанным вопросам содержат уже пять ссылок на подзаконные акты. Чтобы данный законодательный акт в полной мере обеспечивал социальную и правовую защиту военнослужащих, участвующих в осуществлении мероприятий по борьбе с терроризмом, Правительству Российской Федерации необходимо принять следующие нормативные правовые акты:
    1) о порядке социальной защиты лиц, участвующих в борьбе с терроризмом (п. 2 ст. 20);
    2) о порядке возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью и имуществу военнослужащих, участвующих в борьбе с терроризмом (п. 1 ст. 21);
    3) о порядке возмещении стоимости утраченного или поврежденного имущества военнослужащих, участвующих в борьбе с терроризмом (п. 5 ст. 21);
    4) о порядке установления периодов непосредственного участия военнослужащих в контртеррористических операциях, засчитываемых в выслугу лет на пенсию на льготных условиях (п. 2 ст. 23);
    5) об установлении военнослужащим, участвующим в борьбе с терроризмом, окладов по воинским должностям с учетом повышения, а также дополнительных гарантий и компенсаций (п. 3 ст. 23).
    Наличие указанных ссылок на нормативные правовые акты более низкого уровня значительно снижает законодательный потенциал Федерального закона "О противодействии терроризму", делает его зависимым от актов более низкого уровня и в конечном счете существенно снижает эффективность правового регулирования в рассматриваемой сфере общественных отношений.

    Временные рамки проведения контртеррористической операции и их влияние на социальную защиту участников борьбы с терроризмом

     

    Гарантии социальной и правовой защиты военнослужащих, участвующих в борьбе с терроризмом, в значительной степени зависят от четкого определения временных рамок осуществления контртеррористических операций. Как уже отмечалось выше, порядок установления периодов непосредственного участия военнослужащих в контртеррористических операциях Федеральный закон "О противодействии терроризму" относит к прерогативе Правительства Российской Федерации.
    Согласно п. 2 ст. 12 указанного Федерального закона право принятия решения о проведении контртеррористической операции и о ее прекращении имеют:
    а) руководитель федерального органа исполнительной власти в области обеспечения безопасности;
    б) иное должностное лицо данного федерального органа по указанию его руководителя;
    в) руководитель территориального органа федерального органа исполнительной власти в области обеспечения безопасности.
    Обращает на себя внимание такой весьма примечательный факт, что законодатель включил в Федеральный закон "О противодействии терроризму" специальную статью, регулирующую порядок окончания контртеррористической операции (ст. 17). Согласно нормам указанной статьи контртеррористическая операция считается оконченной в случае, если террористический акт пресечен (прекращен) и ликвидирована угроза жизни, здоровью, имуществу и иным охраняемым законом интересам людей, находящихся на территории, в пределах которой проводилась контртеррористическая операция. При наличии данных условий лицо, принявшее решение о проведении контртеррористической операции, объявляет ее оконченной.
    На этом фоне весьма серьезный характер приобретает проблема определения сроков проведения контртеррористических операций в Северо-Кавказском регионе Российской Федерации. Как известно, согласно приложению к Федеральному закону "О ветеранах" меры социальной поддержки ветеранов боевых действий, установленные ст. 16 данного Федерального закона, распространяются на лиц, участвующих (участвовавших) в контртеррористических операциях в Северо-Кавказском регионе, осуществляемых с августа 1999 г. Таким образом, законодатель в данном случае использовал принцип "открытой даты" при определении периода контртеррористических операций, и, следовательно, правоотношения по социальной защите лиц, участвующих в указанных операциях, носят длящийся характер. В настоящее время каждый военнослужащий, прибывший на территорию Чеченской Республики и документально зафиксировавший данный факт путем включения в списки воинской части, дислоцированной на данной территории, либо путем проставления отметок о прибытии-убытии в командировочном удостоверении, вправе претендовать на предоставление мер социальной защиты, установленных для участников контртеррористических операций, а в последующем - и на присвоение звания "ветеран боевых действий".
    Указанные обстоятельства позволяют констатировать наличие между федеральными законами "О противодействии терроризму" и "О ветеранах" ряда противоречий в вопросе определения времени начала и окончания контртеррористической операции, суть которых сводится к следующему.
    Как указывалось выше, согласно Федеральному закону "О противодействии терроризму" полномочия по принятию решений о начале и об окончании контртеррористических операций предоставлены руководителю ФСБ России или по его указанию - другим должностным лицам ФСБ России. В то же время начало периода контртеррористических операций на Северном Кавказе - август 1999 г. - определено Федеральным законом "О ветеранах". Следовательно, для того, чтобы определить окончание данного периода, полномочий не только руководителя ФСБ России, но и Правительства Российской Федерации, и даже Президента Российской Федерации явно недостаточно: необходимо принятие соответствующего федерального закона о внесении дополнений в Федеральный закон "О ветеранах".
    Таким образом, законодательство о социальной защите участников борьбы с терроризмом нуждается в дальнейшем совершенствовании.

    http://mo-jurist.narod.ru


    Это сообщение было отредактировано Олег Хоренко 24 мая 2016 г. 0:18:37 MSK
    • Модератор
    • сообщений 952
    24 июня 2016 г. 14:30:32 MSK

    Правовые аспекты социальной защиты семей погибших (умерших) военнослужащих

    Конституция России закрепляет, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Основным правом, без гарантии которого не могли бы существовать другие права, является право на жизнь. Содержание права на жизнь складывается из нескольких правомочий, одним из которых является правомочие по распоряжению жизнью. Поступая на военную службу по контракту или проходя военную службу по призыву, граждане занимаются деятельностью, которая связана с повышенной опасностью для жизни. Необходимо отметить, что прохождению военной службы сопутствуют объективные факторы, увеличивающие риск причинения вреда здоровью военнослужащих и даже их гибели. Устав внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации определяет одной из основных обязанностей военнослужащих "...не щадя своей крови и самой жизни защищать Российскую Федерацию...".
    Федеральным законом "О статусе военнослужащих" устанавливается единая система правовой и социальной защиты военнослужащих и членов их семей. Правовая защита военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей является функцией государства и предусматривает закрепление в законах и иных нормативных правовых актах прав, льгот, гарантий и компенсаций указанных лиц и иных мер их социальной защиты, а также правовой механизм их реализации.
    Реализация мер правовой и социальной защиты военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей возлагается на органы государственной власти, органы местного самоуправления, федеральные суды общей юрисдикции, правоохранительные органы в пределах их полномочий, а также является обязанностью командиров (начальников). Таким образом, государство должно гарантировать, что в случае гибели (смерти) военнослужащего члены его семьи получат социальную защиту.
    В настоящее время объем и содержание льгот, гарантий и компенсаций, предусмотренных законодательством в случае гибели (смерти) военнослужащего, предоставляемых членам его семьи, зависит от многих факторов, в частности от того, проходил погибший (умерший) военную службу по призыву или по контракту, на какой должности и в каком воинском звании, выслуги лет. Кроме того, погиб (умер) военнослужащий при исполнении обязанностей военной службы или нет, в каком регионе, в результате какого события (например, гибель атомного подводного крейсера "Курск") и т.п.

    Правовые основы судебной защиты прав и свобод военнослужащих в международном праве

    Стремление европейцев к политическому объединению после Второй мировой войны и создание Организации Объединенных Наций обусловили возможность решения одной из приоритетных задач - обеспечение и защита прав человека. В результате деятельности правительств европейских стран, а также ряда общественных движений, был создан Совет Европы, договор о котором был подписан 5 мая 1949 г. в Лондоне десятью государствами. В числе первых задач Совета предполагались подготовка и обеспечение действия Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
    Вступив 26 февраля 1996 г. в Совет Европы, Российская Федерация приняла на себя обязательства признавать в соответствии со ст.3 Устава Совета Европы принцип преимущества права и принцип, в силу которого любое лицо, находящееся под его юрисдикцией, могло пользоваться правами человека и основными свободами.
    Данные обязательства Российского государства соответствуют закрепленному в ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации положению об интеграции общепризнанных принципов и норм международного права в правовую систему России и приоритетности норм международных договоров перед национальным законодательством.
    В современных условиях все более актуальное значение приобретают положения Международного пакта о гражданских и политических правах (1966) и Факультативного протокола к нему, соответствии в с которыми в п.3 ст.46 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты.
    Исполняя обязательства, взятые на себя при вступлении в Совет Европы, Российская Федерация 5 мая 1998 г. ратифицировала Европейскую Конвенцию о защите прав человека и основных свобод и Протоколы к ней. Тем самым российским гражданам впервые было предоставлено право на обращение с индивидуальными жалобами в Европейский Суд по правам человека, а также была признана юрисдикция Европейского Суда по правам человека (далее также именуется Суд). С этого времени в соответствии с положениями ст.46 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод Российская Федерация обязана исполнять окончательные решения Суда по существу любого дела, стороной в котором она является.
    Одним из межгосударственных судебных органов по защите прав и свобод человека в настоящее время является Европейский Суд по правам человека в Страсбурге. Возможность российских граждан, в том числе проходящих военную службу, реализовать свое право на обращение в этот международный суд приобрела реальную правовую основу после ратификации Российской Федерацией Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция), которая является одним из основополагающих международных правовых актов в области прав человека, и Протоколов к ней.
    Благодаря Конвенции расширился перечень гарантированных нашим гражданам прав и свобод, подлежащих судебной защите, усилилась роль и ответственность за их обеспечение органов законодательной, исполнительной, судебной власти, а также органов военного управления и воинских должностных лиц.
    Ратификация Конвенции, в частности, обусловила необходимость приведения в соответствие с европейскими стандартами некоторых ранее принятых в России законодательных и нормативных правовых актов, касающихся статуса военнослужащих и защиты прав и свобод граждан, состоящих на военной службе. В результате этого были приняты федеральные законы "О воинской обязанности и военной службе" от 28 марта 1998 г., "О статусе военнослужащих" от 27 мая 1998 г., Уголовно-процессуальный, Гражданский процессуальный кодексы Российской Федерации и другие законодательные акты, а также последующие поправки к ним.
    В рамках конвенционной защиты за основу были взяты права, зафиксированные во Всеобщей декларации прав человека 1948 г. В предложенном Комиссией по правовым вопросам Консультативной Ассамблеи Совета Европы проекте Конвенции указывалось 12 основных прав, каждое из которых сопровождалось прямой ссылкой на статьи Всеобщей декларации. Одновременно Комиссия уточнила механизм коллективной гарантии этих прав, а также возможность подачи петиций частными лицами о нарушении прав и свобод. Именно это обстоятельство делало необходимым создание Европейского Суда по правам человека, так как Международный Суд ООН мог рассматривать только дела, сторонами в которых выступали государства. Вместе с тем предлагалось учредить Комиссию по расследованию и примирению, которая бы находилась под общим контролем Суда.
    С подписанием Протокола N 11 государствами - участниками Конвенции 11 мая 1994 г. реформа Конвенции приобрела конкретную форму. Постоянно действующий Европейский Суд по правам человека заменил прежний Суд и Комиссию по правам человека, а также Комитет Министров Совета Европы с его функцией по рассмотрению индивидуальных и государственных жалоб. Компетенция Совета Министров ограничивалась надзором за исполнением решений Суда.
    На основании ст.34 Конвенции Европейский Суд по правам человека рассматривает жалобы от физических лиц либо группы частных лиц, которые считают, что в результате нарушения государством требований Конвенции были ущемлены их права и свободы.
    Жалоба физического лица должна быть приемлемой для рассмотрения в суде, т.е. отвечать определенным условиям. Наиболее важные из них определяют, что: во-первых, нарушение прав и свобод гражданина должно иметь место после вступления Конвенции в силу на территории государства, т.е. для России после 5 мая 1998 г.; во-вторых, согласно п.1 ст.35 Конвенции заявителем должны быть исчерпаны все внутригосударственные средства правовой защиты, и прежде всего судебные средства такой защиты; в-третьих жалоба в Европейский Суд должна быть подана не позднее 6 месяцев после даты вынесения окончательного внутреннего решения либо после даты, когда гражданин был официально уведомлен о принятии такого решения (если гражданин не присутствовал при его оглашении). Третье условие является наиболее строгим, так как Европейский Суд не вправе восстановить пропущенный на обращение срок ни по каким основаниям, даже самым уважительным.
    Принципиальным является мнение Европейского Суда о том, что эффективным средством правовой защиты может быть признано только кассационное обжалование судебного акта, а результаты кассационного рассмотрения следует считать окончательным принятием внутригосударственного решения.
    Такая позиция Европейского Суда выражена в решении о приемлемости жалобы "Тумилович против Российской Федерации" от 22 июня 1999 г. N 47033/99, которое имеет огромное прецедентное значение. Европейский Суд по правам человека определил, что под исчерпанностью внутренней судебной процедуры применительно к России он понимает решения суда кассационной инстанции, т.е. это может быть решение любого российского районного суда, прошедшее через кассационную инстанцию.
    Европейский Суд не является высшей инстанцией по отношению к судебной системе государства - участника Конвенции. Поэтому он не может отменить решение, вынесенное национальным судом, не дает указаний законодателю, не осуществляет абстрактный контроль национального законодательства или судебной практики, не имеет права давать распоряжения о принятии мер, имеющих юридические последствия. Суд рассматривает только конкретные жалобы с тем, чтобы установить, действительно ли были допущены нарушения требований Конвенции. Однако Суд вправе присудить "справедливое удовлетворение претензии" в виде финансовой компенсации материального ущерба и морального вреда, а также возмещение выигравшей стороне всех издержек и расходов.
    Из положения п.1 ст.46 (ст.53 в тексте, действовавшем до вступления в силу Протокола N 11) о том, что "Высокие Договаривающиеся Стороны обязуются соблюдать окончательные решения Суда по делам, в которых они являются сторонами" следует, что решения Суда имеют обязательный характер для этих сторон.
    Одной из самых интересных с юридической точки зрения мер индивидуального характера, принимаемых при исполнении решений Суда, является пересмотр внутренними судами дела, в котором было найдено нарушение Конвенции, в частности в целях исправления последствий судимости. Однако наиболее остро вопрос о пересмотре дела внутренними судами встает в случае грубых нарушений процессуального характера, которые могли повлиять на сам исход судебного разбирательства. Речь идет прежде всего о грубых нарушениях ст.6 Конвенции.
    В России судебный пересмотр дела после констатации нарушения Конвенции представляется возможным на основании толкования Конституционным судом ч.3 ст.46 Конституции, признающей за каждым право обращаться в соответствии с международными договорами России в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты (решение от 2 февраля 1996 г. по делу Кульнева и др.). По мнению Конституционного Суда, это положение "означает, что решения межгосударственных органов могут приводить к пересмотру конкретных дел высшими судами Российской Федерации, и, следовательно, открывает дорогу для полномочий последних по повторному рассмотрению дела в целях изменения ранее состоявшихся по нему решений, в том числе принятых высшей внутригосударственной судебной инстанцией".
    В нормах нового УПК РФ были реализованы предложения, позволяющие возобновление судебного разбирательства после констатации нарушений Конвенции. Указанные в пп.1, 2 ч.4 ст.413 УПК РФ новые обстоятельства, если они признаны решением Конституционного Суда Российской Федерации или установлены решением Европейского Суда по правам человека, могут приводить к пересмотру конкретных дел высшими судами Российской Федерации. Это позволяет последним повторно рассматривать дело в целях изменения ранее состоявшихся по нему решений, в том числе принятых высшей внутригосударственной судебной инстанцией.
    Судья Конституционного Суда О.И. Тиунов, анализируя практику Конституционного Суда Российской Федерации сквозь призму деятельности Европейского Суда по правам человека и Конвенции, сделал вывод о том, что "Применение Конституционным Судом Российской Федерации определенных норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ряда решений Европейского Суда по правам человека представляет собой своеобразную имплементацию (осуществление) положений Конвенции и решений Европейского Суда в смысле их единообразного толкования, способствующего выработке Конституционным Судом Российской Федерации собственных правовых позиций по конкретным делам и принятию решений, корреспондирующих международным обязательствам России".
    По своему характеру дела российских заявителей, обратившихся в Европейский Суд, это прежде всего гражданские дела (более 2/3), однако в последнее время наметилась тенденция роста числа жалоб уголовного и уголовно-процессуального характера, особенно по условиям и срокам содержания под стражей до суда, процедуре уголовного судопроизводства, жестокости обращения с заключенными в ряде тюрем. Имеются дела по спорам собирательного характера.
    В последнее время среди специалистов все чаще отмечается возрастающее влияние деятельности Европейского Суда на российское право, в частности на законодательство, и особенно на судебную практику. Отмечается все больше случаев, когда решение по существу или даже решения процессуального характера, вынесенные Европейским Судом, повлекли за собой характерные изменения как в отдельных делах, так и в общих подходах судов к толкованию российского права. Яркой иллюстрацией этому служит практика применения решений Европейского Суда Конституционным Судом Российской Федерации: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 28 июня 2000 г. N 11-П по жалобе гражданина Маслова, где были сделаны ссылки на соответствующие решения Европейского Суда. Этот пример свидетельствует о том, что Конституционный Суд Российской Федерации в точном соответствии с юридико-техническими процедурами Европейского Суда по правам человека сделал отсылку к прецедентному праву Европейского Суда по правам человека.
    Наглядным примером прецедентного характера решений Суда, связанным с судебной защитой прав и свобод военнослужащих, является дело "Энгель и другие против Нидерландов", касающееся ст.5 Конвенции. Энгель и еще четыре человека служили в нидерландской армии. За различные проступки они были приговорены по воинским законам к наказаниям за нарушения дисциплины и подвергнуты различным формам ареста, в связи с чем были нарушены их права. Попытка обжаловать наказания в военный суд оказалась безуспешной, и они обратились в Европейский Суд по правам человека. В связи с решением этого Суда Закон Нидерландов от 12 сентября 1974 г. стандартизировал дисциплинарные наказания и порядок их применения для военнослужащих всех званий. Закон отменил "предварительный арест", "строгий арест" и направление в дисциплинарное подразделение. Вместе с тем еще до вступления в силу Закона эти санкции практически перестали вводиться приговорами в связи с распоряжением министра.
    Наряду с прецедентным значением решений Европейского Суда его председатель Р. Рисдал подчеркнул, что обеспечение и защита конвенционных прав и свобод в первую очередь и главным образом являются задачей национальных судебных органов. Подчеркивая принципиальность данного положения, он отметил, что этот Суд следует рассматривать только как последнее прибежище для граждан. "Никто не должен рассчитывать получить от него больше, чем содействие выполнению национальными судами их задачи по защите прав человека".
    Прямое действие решений Европейского Суда во внутреннем праве государств-членов составляет уникальную особенность механизма Конвенции. Что касается Российской Федерации, то некоторые недавние решения Конституционного Суда, и в особенности решение по делу Маслова (от 27 июня 2000 г.), являются яркой иллюстрацией того, что решения Европейского Суда постепенно начинают реально действовать и в российском праве.
    Таким образом, в результате интеграции, взаимодействия и сотрудничества на основе Конвенции между Европейским Судом по правам человека, а также органами государственной, в том числе судебной, власти России конвенционные права (ст.ст.2-18 Конвенции) получили двойную судебную защиту.
    Эффективность механизмов реализации европейских норм по правам человека в Российской Федерации непосредственно влияет на уровень социальной и правовой защищенности военнослужащих, что, в свою очередь обеспечивает боеготовность и боеспособность войск, а также внутриполитическую стабильность и внешнюю безопасность России.

    Предъявление в военный суд заявления о защите прав и свобод военнослужащего

    Судебная защита прав и свобод военнослужащего реализуется, прежде всего, в процессуальных действиях, связанных с возбуждением гражданского дела. В соответствующих нормах ГПК РФ, регулирующих порядок совершения указанных действий, раскрываются такие основополагающие принципы гражданского процесса, как диспозитивность и состязательность.
    Заявление военнослужащего предъявляется в суд по общим правилам искового производства, но с важными особенностями, отражающими специфику защиты прав и свобод, связанных с военной службой.
    Военная служба характеризуется, прежде всего, тем, что правоотношения, возникающие между военнослужащим и органами военного управления и воинскими должностными лицами, носят публично-правовой характер, это отношения власти - подчинения. Именно этим отличаются споры в военно-правовой сфере от споров в исковом производстве, которые возникают из частноправовых отношений.
    Проблемам разграничения видов производств в суде первой инстанции уделялось много внимания в Обзоре судебной практики рассмотрения гражданских дел по искам и жалобам военнослужащих на действия и решения органов военного управления и воинских должностных лиц за 2003 г., подготовленном Военной коллегией Верховного Суда Российской Федерации (основы такого разграничения были заложены в аналогичном Обзоре за 2002 г.). Однако до сих пор этот вопрос является одним из сложных в практике деятельности военных судов.
    Следует отметить, что, несмотря на то, что трактовка Военной коллегией различий в видах производств была неоднозначной, в последние годы в целом сложилось понимание того, что споры между военнослужащим и органами военного управления следует рассматривать по правилам гл. 23, 24 и 25 ГПК РФ, т. е. по правилам производства по делам, возникающим из публично-правовых отношений, несмотря на то, каков объект конкретного спора.
    В вышеупомянутом Обзоре за 2003 г. достаточно четко обозначена такая позиция Военной коллегии. Анализируя примеры рассмотрения конкретных дел, авторы Обзора, в частности, указывали: "Поскольку заявителями оспорены конкретные действия командира воинской части, основанные на административно-властных полномочиях и связанные с изданием обязательного для исполнения приказа о продовольственном обеспечении военнослужащих, оснований для рассмотрения данного дела в порядке искового производства не было".
    Основным критерием разграничения видов производств названо наличие или отсутствие властных полномочий одной из сторон по отношению к другой, другими критериями - субъектный состав дел и характер обжалуемых (оспариваемых) действий и решений.
    В частности, в отношении жилищных комиссий было указано, что хотя жилищные комиссии в ст. 254 ГПК РФ не указаны (т. е., прямо не рассматриваются законом как органы, действия и решения которых подлежат оспариванию в порядке гл. 23 и 25 ГПК РФ), принятие жилищной комиссией решений по большинству оспариваемых вопросов может влечь конкретные правовые последствия только лишь при условии утверждения этих решений соответствующим должностным лицом (командиром воинской части, начальником гарнизона и т. д.). Поэтому защита в большинстве таких случаев военнослужащими своих прав и соответственно их требования, по сути, сводятся к оспариванию не только решения жилищной комиссии, но и действий должностного лица, утвердившего это решение. Таким образом, во многих случаях требования военнослужащих должны разрешаться по существу при рассмотрении жалобы (заявления), т. е. в порядке публичного судопроизводства, поэтому можно согласиться с практикой судов, рассматривающих в указанном порядке заявления об оспаривании решений жилищных комиссий и командиров воинских частей.
    В отношении дела по заявлению Д. об оспаривании действий командования, связанных с неполной выплатой денежных средств за участие в боевых действиях, в Обзоре за 2003 г. прямо установлено, что "вывод судьи о необходимости рассмотрения требований Д. в исковом порядке является необоснованным, поскольку обжалованные действия командира части хотя и носили имущественный характер, непосредственно вытекали из административно-правовых отношений, основанных на властных полномочиях указанного должностного лица по отношению к заявителю".
    В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих" от 14 февраля 2000 г. N 9 (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. N 6) данная мысль также проводится достаточно ясно (п. 4): "При подготовке указанных гражданских дел к судебному разбирательству необходимо учитывать, что действующим гражданским процессуальным законодательством предусмотрены различия в порядке рассмотрения дел, вытекающих из публичных и частноправовых отношений, в связи с чем особое значение приобретает правильное установление характера правоотношений сторон. Военная служба предполагает осуществление полномочий государства по обеспечению своего суверенитета и иных важнейших государственных интересов, а военнослужащие являются носителями публичной власти. В связи с этим правоотношения, связанные с исполнением военнослужащими своих служебных обязанностей, являются публично-правовыми. Согласно правовым позициям, высказанным Европейским Судом по правам человека, споры, связанные с прохождением военной службы, не являются спорами о гражданских правах, в том числе при наличии требований материального характера".
    Несмотря на указанные разъяснения в практике военных судов встречаются попытки рассмотреть споры между военнослужащим и органом военного управления в порядке искового производства.
    Так, в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2007 г. приводится следующий пример.
    Д. обратился в Санкт-Петербургский гарнизонный военный суд в порядке, установленном нормами гл. 25 ГПК РФ, с заявлением, в котором просил признать незаконными действия должностных лиц, выразившиеся в неполной выплате денежной надбавки за ученую степень.
    Определением судьи заявление было оставлено без движения и предложено переоформить его в исковое заявление.
    Кассационным определением и постановлением президиума Ленинградского окружного военного суда оспоренное определение оставлено без изменения.
    Военная коллегия отменила состоявшиеся по делу судебные постановления по следующим основаниям. В определении судьи гарнизонного военного суда правильно указывалось, что требования Д. о перерасчете ему денежного довольствия и возмещении в связи с этим убытков носят имущественный характер, а в основе их лежит спор о праве на выплату надбавки за ученую степень в соответствующих размерах. Между тем указанные требования заявителя вытекают из административно-правовых отношений, основанных на властных полномочиях одной из сторон. Поэтому решение судьи об оставлении заявления без движения и предложение заявителю переоформить его в исковое заявление является неверным (определение N 6н-139/05).
    Итак, как следует поступить военному судье, если в суд подается не заявление в порядке производства по делам, возникающим из публично-правовых отношений, а исковое заявление, хотя имеется спор, возникающий из публичных правоотношений? 
    С нашей точки зрения, - так, как предписывает закон, т.е. ГПК РФ, независимо от точек зрения на рассматриваемый вопрос отдельных окружных (флотских) военных судов. В большинстве случаев следует оставить это "исковое заявление" без движения и предоставить заявителю, который считает себя "истцом", разумный срок для исправления недостатков заявления (ст. 136 ГПК РФ).
    Какие же это "недостатки"? В отличие от искового производства в производстве по делам, возникшим из публичных правоотношений:
    - суд приступает к рассмотрению дела на основании заявления (а не искового заявления) заинтересованного лица, в котором должно быть указано, какие решения, действия (бездействие) должны быть признаны незаконными, какие права и свободы лица нарушены этими решениями, действиями (бездействием) (ч. 1 ст. 247 ГПК РФ);
    - стороны в деле называются не истец и ответчик, а заявитель, с одной стороны, и государственный орган, должностное лицо (орган военного управления, воинское должностное лицо) и т. д., с другой стороны.
    Несмотря на иное название, практически все остальные признаки сторон в деле сохраняются. В отличие от всех остальных лиц, участвующих в деле, стороны, в том числе и в делах, возникающих из публичных правоотношений, должны быть предполагаемыми участниками спорных материальных правоотношений, т. е. правоотношений, регулируемых нормами материального права, но в отличие от искового производства не частных, а публично-правовых отношений. Если между сторонами не может в принципе иметь место материальное правоотношение, возможна замена ненадлежащего органа власти. Какое-либо субъективное публичное право гражданина, в том числе военнослужащего, может нарушаться конкретным органом или должностным лицом. Этот конкретный орган или должностное лицо (орган военного управления, воинское должностное лицо) и должен привлекаться в качестве "органа" и "должностного лица" по делу;
    - госпошлина рассчитывается по другим ставкам, нежели по делам искового производства.
    Следует также отметить, что судебной практикой выработаны некоторые дополнительные требования к заявлениям, предъявляемым военнослужащими, которых желательно придерживаться, обращаясь в военный суд. Так, например, из "Примерных методических рекомендаций о порядке рассмотрения жалоб военнослужащих в соответствии с Законом Российской Федерации "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан"" Военной коллегии Верховного Суда Российской Федерации (1995) следует, что военнослужащему в заявлении желательно дополнительно указывать свое место службы, должность, воинское звание, в отношении ответчика - его должность, воинское звание, место службы, подавалась ли соответствующая жалоба в вышестоящий в порядке подчиненности орган или должностному лицу и, если подавалась, какой получен ответ (если он получен, его следует приложить к заявлению).
    Может возникнуть вопрос: так ли уж важно, подает ли военнослужащий в суд заявление или исковое заявление: ведь главное - защитить нарушенные или оспоренные права и свободы?
    Если бы дело касалось только стадии подачи заявления и возбуждения дела, то, возможно, указанными недочетами можно было бы пренебречь (хотя закон должен соблюдаться всегда). Но дело в том, что в момент возбуждения дела определяется и вид производства, в рамках которого будет рассматриваться и разрешаться дело, а значит, и многие другие особенности, отличия от искового производства, которые никак нельзя игнорировать, в частности:
    - в этих делах не применяются правила заочного производства;
    - суд не связан основаниями и доводами заявленных требований. Иногда это положение ошибочно понимается в том смысле, что суд не связан предметом требования. Однако в законе (ч. 3 ст. 246 ГПК РФ) речь идет об "основаниях и доводах", т. е. применительно к исковому производству, об основании иска - а не о его предмете;
    - суд может признать обязательной явку в судебное заседание представителя органа государственной власти, органа местного самоуправления или должностного лица. В случае неявки указанные лица в соответствии с ч. 4 ст. 246 ГПК РФ могут быть подвергнуты штрафу в размере до 1 000 руб. (в редакции Федерального закона от 11 июня 2008 г. N 85-ФЗ);
    - обязанности по доказыванию обстоятельств, послуживших основанием для принятия нормативного правового акта, его законности, а также законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих возлагаются на орган, принявший нормативный правовой акт, органы и лиц, которые приняли оспариваемые решения или совершили оспариваемые действия (бездействие);
    - суд может истребовать доказательства по своей инициативе в целях правильного разрешения дела. Должностные лица, не исполняющие требований суда о предоставлении доказательств, подвергаются штрафу в размере до 1 000 руб. (ч. 2 ст. 249 ГРК РФ);
    - в соответствии со ст. 250 ГПК РФ после вступления в законную силу решения суда по делу, возникающему из публичных правоотношений, лица, участвующие в деле, а также иные лица не могут заявлять в суде те же требования и по тем же основаниям;
    - по большинству дел, возникающим из публично-правовых отношений, установлены сокращенные сроки рассмотрения их в суде;
    - сроки исковой давности (общий срок - три года) и сроки подачи заявлений по делам, возникающим из публично-правовых отношений (три месяца и др.), не совпадают;
    - обращение заинтересованного лица в вышестоящий в порядке подчиненности орган или к должностному лицу не является обязательным условием для подачи заявления в суд (ч. 2 ст. 247 ГПК РФ);
    - в случае если при подаче заявления в суд будет установлено, что имеет место спор о праве (имеется в виду спор о частном субъективном праве), подведомственный суду, судья оставляет заявление без движения и разъясняет заявителю необходимость оформления искового заявления с соблюдением требований ст.ст. 131 и 132 ГПК РФ. В случае если при этом нарушаются правила подсудности дела, судья возвращает заявление (ч. 3 ст. 247 ГПК РФ);
    - исключаются институты и понятия искового производства, которые напрямую связаны с частноправовым характером отношений между истцом и ответчиком: встречный иск, цена иска, передача спора в третейский суд и др. Что касается мирового соглашения, то мы считаем, что оно по данным делам вряд ли возможно в силу того, что субъективными публичными правами и обязанностями нельзя распоряжаться также свободно, как частными.
    В п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов полностью или в части" от 29 ноября 2007 г. N 48 указывается: "Согласно части 3 статьи 252 ГПК Российской Федерации отказ лица, обратившегося в суд с заявлением об оспаривании нормативного правового акта или его части, от заявленного требования не влечет за собой прекращение производства по делу, а признание требования органом или должностным лицом, принявшими оспариваемый нормативный правовой акт, для суда необязательно. Принимая во внимание эти положения и учитывая, что производство по делу об оспаривании нормативного правового акта носит публичный характер и результаты его рассмотрения являются обязательными как для лиц, участвующих в рассмотрении данного дела, так и для лиц, не участвующих в нем, утверждение мирового соглашения по делам данной категории недопустимо".
    Представляется, что данное положение следует учитывать при рассмотрении всех дел, возникающих из публично-правовых отношений.
    В "Примерных методических рекомендациях о порядке рассмотрения жалоб военнослужащих в соответствии с Законом Российской Федерации "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан"" Военной коллегии Верховного Суда Российской Федерации (1995) прямо указано, что мировые соглашения по таким делам не утверждаются.

    http://mo-jurist.narod.ru

    • сообщений 1
    17 июля 2016 г. 15:49:52 MSK

    Здравствуйте! Я военный пенсионер с 1987 года. Двадцать лет пролетал.На разных типах.Увольнялся с а/б Белая (Иркутской).До сих пор не имею своей жилплощади.За это время прошли разные периоды в истории нашей страны в том числе и развал СССР.Наверное это внесло свой отпечаток в историю с жильем. Но это отдельная история.Написал о ней для полноты картины моего положения.

     Недавно (месяц назад) мне приостановили выплату пенсии. Нач.пенсионного отдела мотивирует это тем что я не являюсь "вживую" в военкомат.У меня сложилась непростая ситуация. Дело в том что жена моя с Украины (Полтава).Недавно она перенесла сложную операцию(онкология).Сам я из Ярославля.Прописан у сестры.Вести жену некуда т.к. своего нет а у сестры сами понимаете что получается. В Полтаве жилье ( что досталось от родителей ) она делит со своей сестрой (тоже наследницей). И вот в этой ситуации приходится мне искать выход. В Апреле следующего года мне 70.ПОМОГИТЕ.


    Это сообщение было отредактировано Николай 17 июля 2016 г. 17:04:45 MSK
    • Модератор
    • сообщений 952
    4 сентября 2016 г. 3:10:38 MSK

    Реализация права на защиту подозреваемых и обвиняемых военнослужащих воинских контингентов Российской Федерации, дислоцированных на территориях иностранных государств

    Необходимость обеспечения интересов национальной безопасности Российской Федерации, выполнения ею взятых на себя международных обязательств, развитие международного военного сотрудничества обусловливают военное присутствие России в некоторых регионах мира в составе ограниченных воинских контингентов, миротворческих сил, специальных антитеррористических формирований в целях поддержания мира, предотвращения и устранения угрозы миру, подавления актов агрессии или других нарушений мира, охраны правопорядка и борьбы с терроризмом. При этом, тенденции, свидетельствующие о становлении новой системы международных отношений, подтверждают, что военное сотрудничество остается важным инструментом обеспечения интересов государств.
    Правовая основа присутствия российских военнослужащих в отдельных регионах мира базируется на принципах и нормах международного права (запрещения применения силы и угрозы силой; мирного разрешения международных споров; невмешательства во внутренние дела; международного сотрудничества; равноправия и самоопределения народов; суверенного равенства государств; добровольного выполнения государствами обязательств), а их международно-правовое положение определяется особой, универсальной, комплексной системой правовых норм, в состав которой входят следующие элементы: международные договоры различного характера (универсального, регионального и партикулярного), федеральное законодательство Российской Федерации, а также национальное законодательство государств, на территории которых находятся российские войска.
    Результаты анализа международных договоров России со странами СНГ показывают, что на территории государств Содружества находятся следующие группы российских военнослужащих: военнослужащие, проходящие военную службу в составе российских войск, находящихся на территории стран СНГ; военнослужащие, входящие в состав Коллективных миротворческих сил СНГ; военнослужащие, проходящие службу в составе Коллективных сил по поддержанию мира в СНГ; военнослужащие, направленные в вооруженные силы стран СНГ в порядке военного сотрудничества; военные атташе и их сотрудники; военнослужащие, заключившие контракт с Министерством обороны Российской Федерации о прохождении военной службы в вооруженных силах государств Содружества; военнослужащие, находящиеся на территориях стран СНГ в силу причин, не связанных с исполнением обязанностей военной службы.
    Основываясь на положениях ст. 61 Конституции, Российская Федерация гарантирует своим гражданам, в том числе и военнослужащим, защиту и покровительство за ее пределами. Через свои дипломатические и консульские учреждения Российская Федерация принимает меры к тому, чтобы ее граждане могли пользоваться всеми правами и свободами, предоставленными им законодательством Российской Федерации, страны пребывания и международными договорами и соглашениями. Так, например, ст. 1 Минской конвенции СНГ (1993) установлено, что российские военнослужащие пользуются на территориях стран пребывания в отношении своих личных и имущественных прав такой же правовой защитой, как и собственные граждане страны пребывания. Аналогичные правовые нормы содержат и двусторонние соглашения между Российской Федерацией и государствами - участниками СНГ по вопросам юрисдикции и взаимной правовой помощи по делам, связанным с временным пребыванием российских военнослужащих на территориях этих государств. При возникновении правоотношений российских военнослужащих с компетентными органами государств Содружества последние (как предусмотрено двусторонними соглашениями России с Беларусью, Грузией, Казахстаном, Молдовой и т.д.) пользуются такими же правами и правовой защитой, что и граждане этих государств.
    Уголовное судопроизводство по делам о преступлениях, совершенных с участием российских военнослужащих, проходящих службу за пределами территории России, будет осуществляться в соответствии с федеральным законодательством, а также с учетом общепризнанных принципов, норм международного права и международных договоров Российской Федерации. Конкретные особенности определения правового статуса указанных военнослужащих как участников уголовного процесса будут определяться законодательством того государства, под чью юрисдикцию подпадает судопроизводство по уголовному делу.
    Так, если международным договором расследование и разрешение уголовного дела отнесено к юрисдикции Российской Федерации, то на российского военнослужащего, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, распространяется статус того или иного участника уголовного процесса согласно российскому законодательству. Если же юрисдикция принадлежит соответствующему иностранному государству, в отношении такого военнослужащего будут действовать нормы уголовного процесса этого государства. При двойной юрисдикции - уголовно-процессуальное законодательство одной из сторон, которое они изберут по согласованию между собой. Соглашениями с отдельными государствами предусмотрено, что российские военнослужащие в случае распространения на них юрисдикции иностранного государства не просто пользуются равным с гражданами этого государства правом на защиту - им в случае задержания, ареста, предъявления обвинения, назначения судебного разбирательства по делу может предоставляться российский адвокат. Кроме того, при исследовании особенностей правового статуса подозреваемых и обвиняемых необходимо, как справедливо считает Ю.М. Колосов, различать "обычных иностранцев", т.е. не пользующихся иммунитетами и привилегиями, и "служебных", пользующихся таковыми, что характерно и для российских военнослужащих, находящихся за границей в составе воинских контингентов Российской Федерации.
    Право на защиту является одним из основных прав подозреваемого (обвиняемого) военнослужащего. Однако, действующее военное законодательство не предусматривает, каким органом в условиях Вооруженных Сил Российской Федерации должна осуществляться юридическая помощь подозреваемым и обвиняемым военнослужащим. Законодатель возложил на органы военного управления и военной юстиции выполнение других задач, адвокатские образования России не всегда являются специалистами в сфере военно-правовых отношений, не могут оказывать необходимую юридическую помощь с учетом места дислокации (особенно за пределами Российской Федерации) воинских частей и подразделений. Тем не менее, даже недавно утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 июля 2005 г. N 445 Правила оказания юридическими консультациями и коллегиями адвокатов юридической помощи военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, по вопросам, связанным с прохождением военной службы, а также по иным основаниям, установленным федеральным законодательством, не регламентируют порядок оказания юридической помощи военнослужащим, проходящим военную службу вне пределов Российской Федерации.
    Двусторонние договоры Российской Федерации со странами СНГ, как правило, закрепляют общее исключение, определяющее, что при совершении преступлений лицами, входящими в состав российских воинских контингентов (и членов семей этих лиц), на территориях военных баз (пунктов дислокации), по делам о воинских преступлениях, а также о преступлениях, совершенных против Российской Федерации или лиц, входящих в состав российского воинского контингента или членов их семей, применяется законодательство Российской Федерации, действуют ее компетентные органы. В случае задержания или ареста подозреваемого (обвиняемого) военнослужащего компетентными органами страны пребывания устанавливается его право пользоваться услугами защитника. При этом, подразумевается, что обеспечение участия адвоката по таким делам является обязанностью страны, под чью юрисдикцию подпадает совершенное преступление. Однако ввиду отсутствия адвокатских образований России за ее пределами правомерен вопрос о реализации прав подозреваемых (обвиняемых) российских военнослужащих на защиту. Международный принцип права на защиту предусматривает, что лицо, подвергаемое уголовному преследованию, вправе получить квалифицированную юридическую помощь от любого выбранного им по своему усмотрению адвоката (защитника). В настоящее время данный принцип находит наиболее полное отражение только в Соглашении с Республикой Таджикистан, гарантирующем подозреваемым (обвиняемым) в совершении преступлений российским военнослужащим право пользоваться услугами защитника (адвоката) как российской, так и таджикской стороны. На территориях других стран СНГ, имеющих двусторонние договоры с Российской Федерацией по вопросам юрисдикции и вопросам взаимной правовой помощи по делам, связанным с пребыванием на их территориях российских воинских формирований, вопрос об участии в деле адвокатов России или страны пребывания может быть решен аналогично (хотя в действующих договорах это не закреплено). В такой ситуации необходимо принимать во внимание неурегулированность вопросов, связанных с порядком и условиями материально-технического и финансового обеспечения деятельности российских адвокатов на территориях иностранных государств при оказании ими юридической помощи российским военнослужащим, а также вопросов оплаты услуг иностранного адвоката, оказанных последним российскому военнослужащему, проходящему военную службу вне пределов Российской Федерации.
    Кроме того, одной из нерешенных остается проблема участия адвокатов иностранных государств в качестве защитников при производстве по уголовным делам в отношении военнослужащих, связанным с государственной тайной. С одной стороны, адвокаты иностранного государства могут, зарегистрировавшись в специальном реестре, оказывать юридическую помощь российским военнослужащим на территории Российской Федерации, но только по вопросам права своего государства (к оказанию на территории Российской Федерации юридической помощи военнослужащим по вопросам, связанным с государственной тайной Российской Федерации адвокаты иностранных государств не допущены). С другой стороны, действующее законодательство не содержит прямого запрета на участие адвоката иностранного государства по уголовному делу, связанному с государственной тайной, подозреваемым или обвиняемым по которому является российский военнослужащий, проходящий службу вне пределов территории Российской Федерации, если расследование уголовного дела происходит в стране пребывания российского воинского контингента. Законодательное закрепление запрета адвокатам иностранных государств оказывать юридическую помощь по уголовным делам, связанным с государственной тайной России, сможет, на наш взгляд, несколько устранить пробельность закона в этом вопросе. В то же время полное устранение иностранных адвокатов, знающих специфику национального уголовно-процессуального законодательства страны пребывания, в случае расследования уголовного дела в отношении военнослужащего российского воинского контингента, от оказания юридической помощи по уголовному делу способно существенно снизить качество реализации права подозреваемого (обвиняемого) военнослужащего на защиту.
    Таким образом, имеющиеся позитивные тенденции совершенствования механизмов реализации прав подозреваемых (обвиняемых) военнослужащих на защиту не в полной мере учитывают проблемность специфики судопроизводства по уголовным делам в отношении военнослужащих российских воинских контингентов, дислоцированных на территориях иностранных государств, и требуют дальнейшей научной проработки при безусловном совершенствовании обязанностей должностных лиц, ответственных за обеспечение реализации прав подозреваемых (обвиняемых) военнослужащих на защиту при производстве по уголовному делу.

    Система юридической помощи военнослужащим (юридическая помощь при судебной защите прав и свобод

    В соответствии с ч. 1 ст. 48 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. Основная особенность этого конституционного права в том, что оно используется для защиты других прав и свобод военнослужащих. Ни одно из закрепленных в законодательстве прав не может эффективно осуществляться без права на получение квалифицированной юридической помощи.
    В соответствии со ст. 22 Федерального закона "О статусе военнослужащих" от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ юридическая помощь оказывается в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации: органами военного управления и органами военной юстиции в пределах своих функциональных (должностных) обязанностей - всем военнослужащим, гражданам, уволенным с военной службы, и членам их семей по вопросам, связанным с прохождением военной службы; органами предварительного следствия и судом, в производстве которых находится уголовное дело. Адвокаты бесплатно оказывают юридическую помощь военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, по вопросам, связанным с прохождением военной службы, а также по иным основаниям, установленным федеральными законами.
    В международно-правовом смысле право на юридическую помощь выступает основой для реализации права на доступ к правосудию. 
    Реализация принципа доступности судебной защиты прав и свобод военнослужащих при предоставлении юридической помощи в России осуществляется в результате деятельности различных органов.
    Бесплатную юридическую помощь оказывают: адвокаты, юридические клиники при некоторых вузах, государственные юридические бюро и консультационные пункты при управлениях ФНС России по некоторым субъектам Российской Федерации, органы прокуратуры, специалисты юридической службы Вооруженных Сил Российской Федерации и другие органы. Их следует классифицировать следующим образом.
    а) по статусу - на государственные и негосударственные.
    К государственным относятся государственные центры бесплатной юридической помощи (государственные юридические бюро), а также федеральные органы исполнительной власти, в том числе органы военного управления, органы прокуратуры Российской Федерации и органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации.
    К негосударственным - негосударственные центры бесплатной юридической помощи, организованные адвокатами и их объединениями, нотариусами и их объединениями, общественными организациями, политическими партиями, юридическими клиниками при образовательных учреждениях высшего профессионального образования, а также иные частные лица;
    б) по специализированности - на общие и специализированные.
    К общим относятся государственные юридические бюро, адвокатские образования, юридические клиники при вузах, органы прокуратуры.
    К специализированным - органы военного управления, консультационные пункты при управлениях ФНС России.
    Юридическая помощь военнослужащим оказывается в форме правового воспитания, правового консультирования, представления интересов военнослужащих в суде.
    В Российской Федерации не существует законодательно закрепленной системы оказания бесплатной юридической помощи.
    Система бесплатной юридической помощи военнослужащим не имеет единого правового регулирования. Отдельные положения такого регулирования отражены в Федеральном законе "О статусе военнослужащих" от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ, Федеральном законе "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ, Федеральном законе "О прокуратуре Российской Федерации" от 17 января 1992 г. N 2202-I, Постановлении Правительства Российской Федерации от 23 июля 2005 г. N 445, утвердившим Правила оказания адвокатами юридической помощи военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, по вопросам, связанным с прохождением военной службы, а также по иным основаниям, установленным федеральными законами.
    На официальном сайте Министерства юстиции Российской Федерации опубликован проект федерального закона "О системе бесплатной юридической помощи в Российской Федерации". Среди целей проекта федерального закона называется обеспечение гражданам доступа к суду.
    К сожалению, составители проекта федерального закона "О системе бесплатной юридической помощи в Российской Федерации" не указали военнослужащих как субъектов бесплатной юридической помощи, что не соответствует Федеральному закону "О статусе военнослужащих". Кроме того, по указанному проекту федерального закона государственные юридические бюро, созданные Правительством Российской Федерации, не осуществляют бесплатное правовое консультирование по вопросам военного законодательства, т.е. военнослужащие не смогут получить консультацию по важнейшим для них вопросам.
    Исследователями выделены следующие факторы, которые определяют качество юридической помощи: высокий уровень финансирования; наличие специальных механизмов, позволяющих регулировать или предотвращать избыточную нагрузку; издержки и гонорары экспертов не должны покрываться из бюджета юридического представительства; наличие объективных стандартов при контроле качества; наличие специальных мер на случай возникновения конфликта интересов; наличие специальных мер для защиты юристов от недопустимого политического давления; для защиты системы юридической помощи от урезания бюджета и неправомерного политического вмешательства необходима сильная поддержка профессионального сообщества; одновременное использование нескольких моделей оказания юридической помощи; использование высокотехнологичных информационных ресурсов.
    Автор настоящей статьи считает необходимым дополнить факторы, которые определяют качество юридической помощи военнослужащим, фактором территориальной доступности органов, оказывающих юридическую помощь. Статья 239 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации определяет, что порядок выезда военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, за пределы гарнизона, на территории которого они проходят военную службу, определяется командиром воинской части исходя из необходимости поддержания боевой готовности и обеспечения своевременности прибытия указанных военнослужащих к месту службы, а также с учетом особенностей дислокации воинской части. Военнослужащие, проходящие военную службу по призыву, вправе свободно передвигаться в расположении воинской части и в пределах местного гарнизона. Выезд за пределы местного гарнизона (за исключением случаев убытия в отпуск или командировку) им запрещен.
    Военнослужащие могут получить квалифицированную юридическую помощь далеко не в каждом органе, оказывающем такую помощь, в силу влияния указанных выше факторов.
    В вузах в соответствии с приказом Министерства образования Российской Федерации "О правовых консультациях ("правовых клиниках") для населения на базе вузов, осуществляющих подготовку юридических кадров" от 30 сентября 1999 г. N 433 организованы юридические клиники. Целью создания таких клиник является в первую очередь обучение студентов-юристов. Именно студенты ведут прием и консультируют. Малоимущие граждане получают юридическую помощь бесплатно. В настоящее время юридические клиники созданы только в Санкт-Петербургском государственном университете, Российском университете дружбы народов, Академии труда и социальных отношений, Московской академии экономики и права, Нижегородском государственном университете им. Лобачевского, Красноярском государственном университете, Саратовской государственной академии права, Уральской государственной юридической академии, Дальневосточном государственном университете.
    Схожая ситуация с деятельностью государственных юридических бюро.
    В соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации "О проведении эксперимента по созданию государственной системы оказания бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам" от 22 августа 2005 г. N 534 в ряде российских регионов созданы государственные юридические бюро для предоставления бесплатной юридической помощи гражданам, считающимся малоимущими. Государственные юридические бюро оказывают следующие виды юридической помощи: дают консультации по правовым вопросам в устной и письменной форме; составляют заявления, жалобы, ходатайства и другие документы правового характера; обеспечивают участие работников государственных юридических бюро в качестве представителей граждан в гражданском судопроизводстве, исполнительном производстве по гражданским делам, а также представляют интересы граждан в органах местного самоуправления, общественных объединениях и иных организациях. Государственные юридические бюро созданы в порядке эксперимента в количестве всего 10.
    Основным негосударственным органом, который может бесплатно оказывать юридическую помощь, является адвокатура.
    Бесплатное оказание юридической помощи предусмотрено Федеральным законом "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" (далее - Закон об адвокатской деятельности).
    Правила оказания адвокатами юридической помощи военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, по вопросам, связанным с прохождением военной службы, а также по иным основаниям, установленным федеральными законами, определяют порядок оказания адвокатами юридической помощи военнослужащим, проходящим военную службу по призыву (далее - военнослужащие), по вопросам, связанным с прохождением военной службы, а также по иным основаниям, установленным федеральными законами, определяют размеры выплат адвокатам в качестве вознаграждения и (или) компенсации расходов при оказании ими юридической помощи военнослужащим.
    Недостатки системы оказания бесплатной юридической помощи военнослужащим адвокатами можно охарактеризовать следующим образом: недостаточная распространенность адвокатских образований; ограничение права адвоката оказывать бесплатную юридическую помощь соответствующим военным гарнизоном, в котором он осуществляет свою деятельность; отсутствие порядка доступа военнослужащего к бесплатным услугам адвоката; низкий уровень информированности о праве на получение бесплатной юридической помощи; недостаточное финансирование.
    Во множестве районов, отдаленных от областных центров, адвокатов нет. В Республике Ингушетии действует 47 адвокатов, или 1 адвокат почти на 10 тыс. населения; в Еврейской автономной области - 28 адвокатов, или 1 адвокат почти на 7 тыс. населения; в Ненецком автономном округе - 10 адвокатов, или 1 адвокат почти на 5 тыс. населения; в Эвенкийском автономном округе - 2 адвоката, или 1 адвокат почти на 10 тыс. населения. В четырех автономных округах вообще нет адвокатов.
    Финансирование услуг адвокатов, оказавших бесплатную юридическую помощь военнослужащим, несмотря на существование соответствующей нормы права, не производится. В законах, определяющих структуру расходования средств бюджета, не предусматриваются необходимые статьи затрат. Например, названные нормы не закреплены в Федеральном законе "О федеральном бюджете на 2009 год и на плановый период 2010 и 2011 годов" от 24 ноября 2008 г. N 204-ФЗ.
    Среди факторов, влияющих на доступность судебной защиты прав и свобод военнослужащих посредством предоставления юридической помощи, называется одновременное использование нескольких моделей оказания юридической помощи. В СССР сложилась своеобразная модель оказания юридической помощи, которая эффективно обеспечивала бесплатную юридическую помощь гражданам. В настоящее время она также позволяет реализовывать принцип доступности судебной защиты прав и свобод. Особенность этой модели заключается в том, что первостепенная роль здесь принадлежит государству. По ряду политических причин (предположительно, демократической идеологии) эта роль не демонстрируется, что не мешает эффективной реализации принципа доступности судебной защиты прав и свобод граждан России. Речь идет о деятельности органов прокуратуры.
    Прокуратура, гарантируя право на доступность судебной защиты прав и свобод военнослужащих, выполняет установленные Федеральным законом "О прокуратуре Российской Федерации" функции по надзору за соблюдением прав и свобод человека и гражданина.
    В соответствии со ст. 34 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прокурор отнесен к лицам, участвующим в деле, а его процессуальные права, закрепленные в ст. 45 данного Кодекса во взаимосвязи с положениями гл. 15 названного Кодекса Российской Федерации, включают право выступать с заключением по поводу заявлений лиц, участвующих в деле, по всем вопросам, связанным с разбирательством дела, а также по делу в целом.
    Предусмотренные ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обращение прокурора в суд с заявлением в защиту прав и законных интересов других лиц и вступление прокурора в уже начавшийся процесс представляют собой две различные процессуальные формы участия прокурора в деле; прокурор не может выступать в процессе одновременно в двух процессуальных формах. В случае обращения прокурора в суд с заявлением о защите прав и законных интересов других лиц он пользуется процессуальными правами истца; в случае вступления прокурора в уже начавшийся процесс используются процессуальные полномочия, предоставленные прокурору как особому участнику процесса в соответствии с ч. 3 ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
    Прокурор, оказывая юридическую помощь, участвует в судебных заседаниях. Его выступление в защиту прав и свобод граждан позволяет обеспечить гражданам их интересы в деле в тех случаях, когда последние по каким-либо причинам не могут присутствовать в судебном заседании. Таким образом, в некоторой мере решается проблема территориальной доступности суда.
    Процессуальные правомочия, предусмотренные ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, такие как право знакомиться с материалами дела, делать выписки из них; снимать копии; заявлять отводы; представлять доказательства и участвовать в их исследовании; задавать вопросы другим лицам, участвующим в деле, свидетелям, экспертам и специалистам; заявлять ходатайства, в том числе об истребовании доказательств; давать объяснения суду в устной и письменной форме; приводить свои доводы по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам; возражать относительно ходатайств и доводов других лиц, участвующих в деле; обжаловать судебные постановления и использовать предоставленные законодательством о гражданском судопроизводстве другие процессуальные права, в необходимой степени позволяют прокурору обеспечивать высокий уровень доступности судебной защиты прав и свобод граждан.
    В мотивированном заключении прокурора излагается обоснованное профессиональное мнение по предмету и основанию иска, что оказывает существенную юридическую помощь гражданам - участникам гражданского судопроизводства.
    Проблеме правового воспитания военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации уделяется определенное, хотя и не вполне достаточное, внимание как в теории военного права, так и на практике.
    Статья 6 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации предусматривает обязанность командира организовывать правовое воспитание.
    Не менее важными нормативными правовыми актами являются Концепция правового воспитания личного состава Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденная Министром обороны Российской Федерации 15 апреля 1998 г., и Наставление по правовой работе в Вооруженных Силах Российской Федерации (разд. XVI), утвержденное приказом Министра обороны Российской Федерации от 31 января 2001 г. N 10. Данными документами определены цели, задачи, структура, методика правового воспитания военнослужащих. Именно в Концепции правового воспитания личного состава Вооруженных Сил Российской Федерации определено, что ее актуальность обусловлена необходимостью качественного совершенствования работы должностных лиц по реализации прав и законных интересов военнослужащих и лиц гражданского персонала Вооруженных Сил Российской Федерации. Данный тезис имеет непосредственное отношение к доступности судебной защиты прав и свобод военнослужащих.
    В соответствии с пп. 540-547 Наставления по правовой работе в Вооруженных Силах Российской Федерации правовая подготовка и правовое воспитание личного состава являются основой успешного проведения правовой работы в Вооруженных Силах Российской Федерации.
    На практике правовая подготовка и правовое воспитание осуществляются по двум направлениям: путем разъяснения и изучения действующего законодательства и путем воздействия на сознание и чувства людей практикой применения правовых норм.
    В условиях Вооруженных Сил Российской Федерации система правового воспитания имеет устойчивую и эффективную структуру, которая дает необходимое количество правовых знаний. Об этом свидетельствует и статистика. Так, А.Н. Шевчук указывает, что из полученных 104 дел представители (адвокаты) выступили на стороне заявителя по 16 делам. По его мнению, это свидетельствует о серьезных недостатках при обеспечении доступа к суду военнослужащих. Автор полагает, что отмеченная тенденция отражает и другое - военнослужащие обладают достаточным уровнем правовой грамотности, чтобы защитить свои права самостоятельно. Статистические данные подтверждают, что около 80% из числа рассмотренных жалоб военными судами удовлетворяется. За период с 1 октября 2006 г. военными судами было рассмотрено более 13 600 заявлений военнослужащих, связанных с невыплатой ежемесячного денежного поощрения. При этом, 95% таких заявлений было удовлетворено, и приняты решения о взыскании невыплаченного ежемесячного денежного поощрения.
    Итак, приведенные соображения позволяют сделать вывод, что система правового воспитания оказывает существенное влияние на уровень доступности судебной защиты прав и свобод военнослужащих.
    Юридическая служба Вооруженных Сил Российской Федерации является субъектом оказания юридической помощи военнослужащим. В частности, она играет важную роль в правовом воспитании военнослужащих.
    В соответствии с Положением о юридической службе Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденным приказом Министра обороны Российской Федерации от 21 марта 1998 г. N 100, на подразделения юридической службы Вооруженных Сил Российской Федерации возлагается:
    - участие в организации и осуществлении изучения личным составом органов военного управления действующего законодательства Российской Федерации и норм международного гуманитарного права;
    - консультирование по правовым вопросам, возникающим в деятельности органов военного управления;
    - участие в проводимых воинскими должностными лицами приемах по личным вопросам военнослужащих и членов их семей, лиц гражданского персонала;
    - участие в работе нештатных юридических консультаций гарнизона.
    Полномочия должностных лиц юридической службы по оказанию юридической помощи и правовому воспитанию военнослужащих раскрываются в Наставлении по правовой работе в Вооруженных Силах Российской Федерации.
    На должностных лиц юридической службы некоторые обязанности возложены без учета принципа доступности судебной защиты прав и свобод военнослужащих.
    Должностные лица юридической службы Вооруженных Сил Российской Федерации являются одновременно должностными лицами органа военного управления. Таким образом, не может быть обеспечена защита юриста от административного давления.
    Кроме того, Положением о юридической службе Вооруженных Сил Российской Федерации на должностных лиц юридической службы Вооруженных Сил Российской Федерации возложена обязанность участвовать в осуществлении судебной защиты прав и законных интересов органов военного управления, а также военнослужащих и лиц гражданского персонала вида Вооруженных Сил по вопросам их служебной деятельности. Наиболее распространенной ситуацией является участие специалиста юридической службы в споре по заявлению военнослужащего об оспаривании незаконных действий (бездействия), решений воинских должностных лиц в качестве представителя ответчика - воинского должностного лица. Эта обязанность противоречит их обязанности оказывать юридическую помощь военнослужащим по вопросам, связанным с прохождением военной службы.
    В связи с вышесказанным недвусмысленной выглядит следующая обязанность должностных лиц юридической службы Вооруженных Сил Российской Федерации, установленная п. 538 Наставления по правовой работе в Вооруженных Силах Российской Федерации: "Не может быть отказано в получении консультации истцу (заявителю) в порядке подготовки к судебному процессу по гражданскому делу, ответчиком (стороной) по которому является командир воинской части или иное должностное лицо органа военного управления".
    При данных обстоятельствах сложно говорить о качестве оказываемой военнослужащему юридической помощи.
    Вместе с тем, деятельность юридической службы Вооруженных Сил Российской Федерации по участию в правовом воспитании и правовой подготовке военнослужащих в полной мере соответствует реализации принципа доступности судебной защиты прав и свобод военнослужащих.
    Возложение на должностных лиц юридической службы таких полномочий оправданно.
    Оказание юридической службой Вооруженных Сил Российской Федерации юридической помощи военнослужащим и участие в мероприятиях их правового воспитания, несмотря на приведенные недостатки, заполняет правовой вакуум, образующийся в случаях отсутствия других органов, оказывающих юридическую помощь.
    Итак, в Российской Федерации значительную роль в оказании юридической помощи военнослужащим, их правовой подготовке играют одновременно несколько органов. Это адвокатура, органы прокуратуры, юридическая служба Вооруженных Сил Российской Федерации. Существует сочетание деятельности государственных и негосударственных органов, что соответствует международным стандартам обеспечения доступности судебной защиты прав и свобод личности.

    http://mo-jurist.narod.ru


    Это сообщение было отредактировано Олег Хоренко 4 сентября 2016 г. 3:12:02 MSK
    • Модератор
    • сообщений 952
    16 сентября 2016 г. 2:53:16 MSK

    Сообщение о преступлении как эффективное средство правовой защиты военнослужащих

    В соответствии со ст. 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Рим, 4 ноября 1950 г.) ETS N 005 "каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве". Аналогичные положения содержатся в п. "а" ч. 3 ст. 2 Международного пакта о гражданских и политических правах (Нью-Йорк, 19 декабря 1966 г.) и ст. 19 Конвенции Содружества Независимых Государств о правах и основных свободах человека (Минск, 26 мая 1995 г.)
    Конституционно-правовая основа эффективного восстановления в правах и свободах лиц, права и свободы которых были нарушены, на уровне национального законодательства в общем виде закреплена в ст.ст. 33, 45, 46, 52, 53 Конституции Российской Федерации. Государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ст. 45).
    В механизм реализации правозащитной функции государства вовлечены в пределах предоставленных полномочий все ветви власти (законодательной, исполнительной, судебной), а также конституционные органы с особой компетенцией (прокуратура России, Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации).
    Анализируя деятельность указанных государственных органов в области осуществления защиты прав и свобод военнослужащих в Российской Федерации, автор произвел экспертный опрос среди практикующих военных юристов (помощников командиров по правовой работе, прокурорских работников, судей, адвокатов) и военных ученых, а также непосредственно военнослужащих, в разное время сталкивавшихся с проблемой защиты своих прав.
    По результатам вопроса эксперты выделили следующие средства защиты нарушенных прав и свобод военнослужащих:
    1) служебное (ведомственное) - обращение по команде вплоть до уровня Министра обороны Российской Федерации согласно требованиям Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации;
    2) гражданско-процессуальное (судебное) - предъявление исковых заявлений, заявлений об оспаривании действия (бездействия), решения воинских должностных лиц или изданных ими нормативных правовых актов в органы судебной власти;
    3) уголовно-процессуальное - сообщение о преступных посягательствах и злоупотреблениях властью в соответствующие правоохранительные органы;
    4) административно-процессуальное - обращение в соответствующие правоохранительные органы с сообщением о деяниях, содержащих признаки административного правонарушения;
    5) петиционное средство - призыв к правовой помощи, адресованный в правоохранительные органы, Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации и общественным объединениям, не содержащий признаков, указанных в пп. 2-4 (Федеральный закон "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации" от 2 мая 2006 г. N 59-ФЗ, а также иные федеральные конституционные и федеральные законы).
    Кроме того, по результатам экспертных оценок удалось выяснить, что если ранее наиболее эффективным средством правовой защиты военнослужащих считалось обращение в органы судебной власти, то в настоящее время таким средством является уголовно-процессуальное.
    Критериями эффективности средства защиты нарушенных прав военнослужащих в опросе выступали:
    а) территориальная и формальная доступность;
    б) срочность принятия решения;
    в) степень участия заявителя в ходе осуществления правозащитной процедуры;
    г) право обжалования принятого решения;
    д) возможность повторного или неоднократного обращения;
    е) затратность;
    ж) действенность решения (возможность его практического исполнения).
    Почему же все-таки уголовно-процессуальное средство стало самым эффективным средством правоприменения, обойдя судебное, ведомственное и петиционное?
    Вероятно, что в связи с возрастанием уровня правовой грамотности военнослужащих органы военного управления, некоторые офицеры военной прокуратуры и судебной системы стали вырабатывать своеобразный "иммунитет" к требованиям военнослужащих, защищающих свои гарантированные государством права. Сейчас вряд ли подчиненный сможет удивить командира заявлениями типа: "Я буду жаловаться в военную прокуратуру" или "Я обращусь в суд". Согласно сформировавшемуся мнению армейской и флотской общественности во многих случаях в органах военной юстиции создается режим процессуального "отфутболивания" жалоб и заявлений военнослужащих.
    По мнению руководства Генеральной прокуратуры Российской Федерации, живучести отмеченных негативных явлений объективно способствуют серьезные недостатки в организации прокурорского надзора, неадекватное реагирование на выявленные нарушения, слабый контроль за безусловным исполнением требований прокурора, вытекающих из его полномочий. Меры прокурорского реагирования зачастую не достигают цели, поскольку вносимые представления адресуются тем должностным лицам, которые своим бездействием, по существу, попустительствуют беззаконию.
    В то же время в соответствии со ст. 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.
    Говоря об уголовно-процессуальном средстве защиты нарушенных прав военнослужащих, следует отметить, что оно основывается на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права, а его правовое наполнение составляют Уголовный кодекс Российской Федерации (далее - УК РФ) и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (далее - УПК РФ).
    Задачами названного выше средства являются: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений (ч. 1 ст. 2 УК РФ).
    Правовая сущность указанного средства состоит из приема, регистрации и проверки сообщений о преступлениях (первичная стадия) и осуществления уголовного преследования, возмещения потерпевшим военнослужащим причиненного вреда, а также исполнения наказания в отношении признанных судом виновных лиц (последующие стадии). В контексте настоящей статьи мы рассмотрим лишь первичную стадию, так как от надлежащего ее исполнения зависит вся правозащитная процедура. При этом на данной стадии во многих случаях вопросы защиты нарушенного права могут быть решены положительно (требования военнослужащего могут быть удовлетворены соответствующими должностными лицами добровольно).
    Прежде всего, необходимо раскрыть понятия "принятие", "регистрация", "проверка" и "сообщение о преступлении", закрепленных в совместном приказе Генеральной прокуратуры России, МВД России, МЧС России, Минюста России, ФСБ России, Минэкономразвития России и Федеральной службы России по контролю за оборотом наркотиков "О едином учете преступлений" от 29 декабря 2005 г. N 39/1070/1021/253/780/353/399.
    Под сообщением о преступлении понимается заявление о преступлении, явка с повинной, рапорт об обнаружении преступления, которые оформляются следующими процессуальными и иными документами, предусмотренными ч. 2 ст. 20 и ст.ст. 141-143 УПК РФ: заявлением потерпевшего или его законного представителя по уголовному делу частного обвинения; письменным заявлением о преступлении, подписанным заявителем; протоколом принятия устного заявления о преступлении (приложение 2 к ст. 476 УПК РФ); протоколом следственного действия, в который внесено устное сообщение о другом преступлении, либо заверенной копией или выпиской из него; протоколом судебного заседания, в который внесено устное сообщение о другом преступлении, либо заверенной копией или выпиской из него; заявлением о явке с повинной; протоколом явки с повинной (приложение 3 к ст. 476 УПК РФ); рапортом об обнаружении признаков преступления (приложение 1 к ст. 476 УПК РФ).
    Принятие - получение сообщения о преступлении должностным лицом, правомочным или уполномоченным на это действие.
    Регистрация сообщения о преступлении - внесение уполномоченным должностным лицом в книгу, предназначенную для регистрации сообщений о преступлениях в соответствии с ведомственными нормативными правовыми актами, краткой информации, содержащейся в принятом сообщении о преступлении, а также отражение в этом сообщении сведений о его фиксации в вышеуказанной книге с присвоением соответствующего регистрационного номера,
    Проверка - действия, предусмотренные чч. 1 и 2 ст. 144 и ч. 4 ст. 146 УПК РФ, производимые правомочными и (или) уполномоченными на то должностными лицами по сообщению о преступлении.
    На основании ст. 144 УПК РФ дознаватель, орган дознания, следователь и прокурор обязаны принять, проверить сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении и в пределах компетенции, установленной данным Кодексом, принять по нему решение в срок не позднее 3 суток со дня поступления указанного сообщения. При проверке сообщения о преступлении орган дознания, дознаватель, следователь и прокурор вправе требовать производства документальных проверок, ревизий и привлекать к их участию специалистов.
    В соответствии с нормативными правовыми требованиями ст. 145 УПК РФ по результатам рассмотрения сообщения о преступлении орган дознания, дознаватель, следователь или прокурор принимает одно из следующих решений:
    1) о возбуждении уголовного дела в порядке, установленном ст. 146 данного Кодекса;
    2) об отказе в возбуждении уголовного дела;
    3) о передаче сообщения по подследственности в соответствии со ст. 151 названного Кодекса, а по уголовным делам частного обвинения - в суд в соответствии с ч. 2 ст. 20 указанного Кодекса.
    О принятом решении сообщается заявителю. При этом заявителю разъясняются его право обжаловать данное решение и порядок обжалования.
    Как усматривается из вышеизложенного, случаи и порядок практического применения вышеназванного средства правовой защиты военнослужащими довольно четко и недвусмысленно определены в действующем законодательстве. К тому же уголовная ответственность является сугубо индивидуальной и дифференцированной, чем достигается эффективность указанного правового средства в "правовой цепочке": нарушение права - привлечение к ответственности - возмещение вреда - предупреждение нового нарушения.
    Основываясь на выявленных военными экспертами критериях эффективности уголовно-процессуального средства правовой защиты военнослужащих, ниже мы предлагаем проиллюстрировать их, произведя практическую оценку с учетом специфики прохождения военной службы.
    А. Территориальная и формальная доступность. До 1 января 2006 г. в России отсутствовала единая государственная система регистрации и учета преступлений и каждый правоохранительный орган самостоятельно устанавливал временные правила этой деятельности, что вело к определенным трудностям в правоприменении. В целях обеспечения единообразия регистрации и учета преступлений, разграничения государственной статистической отчетности о состоянии преступности, результатах борьбы с ней и работе следственного аппарата и соответствующей ведомственной информации, а также повышения качества прогнозирования динамики преступности в стране Указом Президента Российской Федерации "О разработке единой государственной системы регистрации и учета преступлений" от 30 марта 1998 г. N 328 было предусмотрено осуществление ряда мероприятий, направленных на создание единой государственной системы регистрации и учета преступлений.
    Совместным приказом Генеральной прокуратуры России, МВД России, МЧС России, Минюста России, ФСБ России, Минэкономразвития России и Федеральной службы России по контролю за оборотом наркотиков "О едином учете преступлений" от 29 декабря 2005 г. N 39/1070/1021/253/780/353/399 с 1 января 2006 г. утверждены и введены в действие:
    - Типовое положение о едином порядке организации приема, регистрации и проверки сообщений о преступлениях;
    - Положение о едином порядке регистрации уголовных дел и учета преступлений.
    В приказе Генеральной прокуратуры Российской Федерации "О совершенствовании системы приема, регистрации и проверки сообщений о преступлениях в органах прокуратуры Российской Федерации" от 16 марта 2006 г. N 12 содержатся нормативные предписания, обязательные для применения воинскими должностными лицами.
    Согласно указанным документам субъектами регистрации обращений за правовой помощью в форме уголовно-процессуального средства являются: органы прокуратуры (включая военные прокуратуры); органы внутренних дел Российской Федерации; органы федеральной службы безопасности (включая пограничные органы); органы по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ; таможенные органы Российской Федерации; органы Федеральной службы исполнения наказаний; органы Федеральной службы судебных приставов; органы Государственной противопожарной службы Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий; командиры воинских частей, соединений, начальники военных учреждений или гарнизонов и органы дознания и должностные лица, перечисленные в пп. 1-3 ч. 3 ст. 40 УПК РФ, которым уголовно-процессуальным законодательством предоставлено право возбуждать уголовные дела и проводить дознание.
    Территориальная доступность заключается в том, что военнослужащий может обратиться за регистрацией своего обращения в органы военной прокуратуры и к командирам воинских частей, соединений, начальникам военных учреждений или гарнизонов, а если он по каким-то причинам не может или не желает этого делать, он вправе сообщить о преступлении в любой из вышеперечисленных органов. Если при проверке поступившего и зарегистрированного сообщения о преступлении будет установлено, что с учетом территориальности оно подлежит передаче в другой орган по подследственности, а по уголовным делам частного обвинения - в суд, орган дознания, дознаватель, следователь или прокурор, а также иное должностное лицо, уполномоченное осуществлять прием и проверку сообщений о преступлениях, обязано вынести постановление о передаче сообщения по подследственности (приложение 10 к ст. 476 УПК РФ) или постановление о передаче сообщения в суд (приложение 11 к ст. 476 УПК РФ).
    Предусмотрен и круглосуточный прием сообщений о преступлениях, и их соответствующее оформление, которые могут быть также поручены должностным лицам дежурных частей (смен, нарядов), если таковые имеются в структуре (составе) указанных органов. Круглосуточный прием сообщений о преступлениях и их оформление в органах военной прокуратуры осуществляются дежурными следователями органов прокуратуры. Отсутствие дежурного следователя не является основанием для иных следователей, начальника следственного подразделения и его заместителя, прокурора и его заместителя отказать военнослужащему в приеме от него сообщения о преступлении.
    Формальная доступность заключается в том, что сообщение может быть сделано письменно или устно, направлено по средствам почтовой, телеграфной и телефонной связи, сети "Интернет". Кроме того, законодательно закреплены несколько его форм, которые должны содержать основные данные о заявителе и его сообщении.
    Для упрощения формальной процедуры предусмотрено, что в помещениях административных зданий указанных органов, на стендах или в иных общедоступных местах размещаются: в судах - образцы заявления потерпевшего или его законного представителя по уголовному делу частного обвинения, в иных органах - выписки из положений УПК РФ, межведомственных и (или) ведомственных нормативных актов, регламентирующих порядок приема сообщений о преступлениях; образцы письменного заявления о преступлении, заявления о явке с повинной и требования по их составлению; перечень должностных лиц, правомочных и уполномоченных принимать такие сообщения, а также оформлять протоколы принятия устного заявления о преступлении; сведения о руководителях и иных должностных лицах вышеназванных органов (должность, Ф.И.О., адрес органа и номер служебного телефона), которым в соответствии с УПК РФ могут быть обжалованы действия, связанные с приемом (или неприемом) сообщений о преступлениях.
    Сообщения о преступлениях, совершенных в воинских частях, соединениях, военных учреждениях и гарнизонах, регистрируются в книгах регистрации сообщений, находящихся в ведении этих частей и учреждений.
    Должностное лицо, принявшее в соответствии со своими полномочиями сообщение о преступлении, если такое сообщение не было получено из иных источников, обязано выдать военнослужащему под роспись на корешке уведомления документ о принятии этого сообщения с указанием данных о лице, его принявшем, а также даты и времени его принятия. Наряду с этим закреплено принципиально важное положение о том, что отказ в принятии сообщения о преступлении должностным лицом, правомочным или уполномоченным на эти действия, а также невыдача им уведомления заявителю о приеме сообщения о преступлении, недопустимы.
    Б. Срочность принятия решения означает, что проверка должна быть завершена не позднее 3 суток со дня поступления первого сообщения о преступлении. По ходатайству следователя срок проверки сообщения о преступлении может быть продлен прокурором или его заместителем, начальником следственного подразделения или его заместителем до 10 суток, а при необходимости проведения документальных проверок или ревизий - прокурором или его заместителем до 30 суток.
    Сроки проверки сообщений о преступлениях исчисляются со дня поступления первого сообщения об указанном преступлении, за исключением сообщений о преступлениях, переданных с учетом территориальности в другой орган по подследственности, срок проверки которых определяется со дня их поступления по подследственности, а для сообщений о совершенных или готовящихся преступлениях, полученных из иных источников, - со дня регистрации рапорта об обнаружении признаков преступления, если этот рапорт не был направлен с учетом территориальности в другой орган по подследственности.
    Также критерий срочности рассматриваемого средства правовой защиты военнослужащих может измеряться во временном промежутке, в течение которого заявитель имеет право на соответствующее сообщение, предусматривающее осуществление всех правозащитных процедур (так называемый срок давности).
    В соответствии со ст. 78 УК РФ такими сроками являются: 2 года после совершения преступления небольшой тяжести; 6 лет после совершения преступления средней тяжести; 10 лет после совершения тяжкого преступления; 15 лет после совершения особо тяжкого преступления.
    Течение сроков давности приостанавливается, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда. В этом случае течение сроков давности возобновляется с момента задержания указанного лица или явки его с повинной.
    В. Степень участия заявителя в ходе осуществления правозащитной процедуры. На первичной стадии данной процедуры военнослужащий имеет ряд существенных прав:
    - заявление о преступлении может быть сделано самим военнослужащим лично, а также через своего представителя в отсутствие заявителя;
    - военнослужащий имеет право на получение документа о принятии сообщения о преступлении с указанием данных о лице, его принявшем, а также даты и времени его принятия;
    - отказ в приеме сообщения о преступлении может быть обжалован прокурору или в суд в порядке, установленном ст.ст. 124 и 125 УПК РФ;
    - действия (бездействие) и решения суда, прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя могут быть обжалованы в порядке, установленном УПК РФ.
    - о принятом решении сообщается заявителю, при этом ему разъясняются его право обжаловать данное решение и порядок обжалования;
    - военнослужащий имеет право на ознакомление с материалами проверки по его сообщению.
    Помимо этого, нормами международного права, в частности Декларацией основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью (утверждена резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 40/34 от 29 ноября 1985 г.), закреплено, что жертвы, в понятие которых входят лица, которым индивидуально или коллективно был причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление их основных прав в результате действия или бездействия, нарушающего действующие национальные уголовные законы государств - членов ООН, включая законы, запрещающие преступное злоупотребление властью, имеют право на доступ к правосудию и справедливое обращение, предусматривающее:
    а) предоставление жертвам информации об их роли и об объеме, сроках проведения, ходе судебного разбирательства и о результатах рассмотрения их дел, особенно в случаях тяжких преступлений, а также в случаях, когда ими запрошена такая информация;
    б) обеспечение возможности изложения и рассмотрения мнений и пожеланий жертв на соответствующих этапах судебного разбирательства в тех случаях, когда затрагиваются их личные интересы, без ущерба для обвиняемых и согласно соответствующей национальной системе уголовного правосудия;
    в) предоставление надлежащей помощи жертвам на протяжении всего судебного разбирательства;
    г) принятие мер для сведения к минимуму неудобств или жертв, охраны их личной жизни в тех случаях, когда это необходимо, и обеспечение их безопасности, а также безопасности их семей и свидетелей с их стороны и их защиты от запугивания и мести;
    д) предотвращение неоправданных задержек при рассмотрении дел и выполнение постановлений или решений о предоставлении компенсации жертвам.
    Из приведенных положений усматривается что, используя указанные права, военнослужащий, являясь в силу норм международного права жертвой, самым активным образом может непосредственно участвовать в осуществлении правозащитной процедуры, контролируя ее ход, обладая необходимой информацией, предоставляемой в обязательном и безусловном порядке компетентными органами, и реальной возможностью обжаловать принятое решение.
    Г) Право обжалования принятого решения является важной правовой гарантией от процессуального "экспромта" воинских должностных лиц и сотрудников органов военной юстиции, использование которого, к сожалению, не редкость.
    В соответствии с Руководящими принципами для эффективного осуществления Кодекса поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка (утвержден резолюцией Экономического и Социального Совета ООН 1989/61 от 24 мая 1989 г.) должны создаваться эффективные механизмы для обеспечения внутренней дисциплины и внешнего контроля, а также для надзора за должностными лицами, обязанными поддерживать правопорядок, и предусматриваться особые положения в рамках этих механизмов для приема и рассмотрения жалоб на должностных лиц от представителей общественности, а о существовании таких положений доводится до сведения общественности.
    Уголовно-процессуальное законодательство России также предоставляет военнослужащим право обжалования отказа в приеме сообщения о преступлении и бездействия, прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя (гл. 16 УПК РФ).
    Применительно к особенностям осуществления правоохранительной деятельности в военной организации государства, в соответствии с которыми предварительное следствие (а соответственно и проверка сообщений) производится следователями военной прокуратуры по уголовным делам о преступлениях, совершенных должностными лицами органов федеральной службы безопасности, Службы внешней разведки Российской Федерации, Федеральной службы охраны Российской Федерации, органов внутренних дел Российской Федерации, военнослужащими и гражданами, проходящими военные сборы, лицами гражданского персонала Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов в связи с исполнением ими своих служебных обязанностей или совершенных в расположении части, соединения, учреждения, гарнизона, а также о преступлениях, совершенных в отношении указанных лиц в связи с их служебной деятельностью, следует отметить, что военнослужащие могут обжаловать действия (бездействие) командира части (органа дознания) военному прокурору, действия военного прокурора - вышестоящему военному прокурору. Кроме того, действия военного органа дознания, военного следователя, военного прокурора и вышестоящего военного прокурора могут быть обжалованы в военный суд.
    Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в определении "По жалобам граждан Астахова П.А., Замошкина С.Д., Карцевой В.К. и Костанова Ю.А. на нарушение конституционных прав и свобод положениями статей 7 и 123, части третьей статьи 124, статей 125, 388 и 408 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" от 25 января 2005 г. N 42-О Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления (ст. 33), защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ст. 45, ч. 2), в том числе путем обжалования в суд решений и действий (бездействия) органов государственной власти и должностных лиц. Указанные права, по смыслу Конституции Российской Федерации, в частности ее ст. 21 (ч. 1), которая, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 3 мая 1995 г. N 4-П по делу о проверке конституционности ст.ст. 220.1 и 220.2 УПК РСФСР, требует рассматривать гражданина не как объект государственной деятельности, а как равноправного субъекта, могущего защищать свои права всеми не запрещенными законом способами и спорить с государством в лице любых его органов, предполагают не только право подать в соответствующий государственный орган или должностному лицу заявление, ходатайство или жалобу, но и право получить на это обращение адекватный ответ. Применительно к уголовному судопроизводству это означает необходимость принятия по обращению предусмотренного законом процессуального решения, которое в силу ч. 4 ст.7 УПК РФ должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Иное явилось бы нарушением не только процессуальных прав участников уголовного судопроизводства, но и названных конституционных прав.
    Таким образом, положения ст.ст. 7, 123, 125, 388 и 408 УПК РФ не допускают отказ судов и иных правоприменительных органов и должностных лиц от рассмотрения и оценки всех доводов заявлений, ходатайств или жалоб участников уголовного судопроизводства, а также мотивировки своих решений путем указания на конкретные, достаточные с точки зрения принципа разумности, основания, по которым эти доводы отвергаются рассматривающим соответствующее обращение органом или должностным лицом.
    Процессуальный порядок разрешения жалоб военнослужащих в органах военной прокуратуры закреплен в ст.ст. 123, 124 УПК РФ и указании Генеральной прокуратуры Российской Федерации "Об организации рассмотрения жалоб на действия (бездействие) и решения органа дознания, дознавателя, следователя и прокурора, осуществляющих уголовное судопроизводство" от 5 августа 2003 г. N 28/20.
    Рассматривая вышеуказанные жалобы, военные прокуроры обязаны обеспечивать всестороннюю проверку изложенных в них доводов в срок до 3 суток со дня поступления в прокуратуру с использованием для этого всех средств, предоставленных военному прокурору как должностному лицу, осуществляющему надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и предварительного следствия.
    В исключительных случаях, когда для проверки жалобы необходимо истребовать дополнительные материалы либо принять иные меры для ее объективного рассмотрения, решение о продлении срока проверки до 10 суток принимается лично военным прокурором или его заместителем либо начальником управления (отдела) прокуратуры военного округа, Главной военной прокуратуры Российской Федерации по ходатайству прокурора, рассматривающего жалобу. При этом военнослужащему должно быть направлено извещение о продлении срока проверки, причинах задержки и характере принимаемых мер за подписью военного прокурора, рассматривающего жалобу.
    По результатам рассмотрения жалобы военнослужащего, связанной с осуществлением уголовно-процессуального средства защиты нарушенного права в каждом случае выносится постановление, предусмотренное ст. 124 УПК РФ, в котором излагаются краткое содержание доводов заявителя, их анализ и мотивы принятого решения.
    Процессуальный порядок разрешения жалоб военнослужащих в рамках уголовного процесса в военном суде, в том числе на его первичной стадии, предусмотрен ст. 125 УПК РФ. Жалоба может быть подана в суд самим военнослужащим, его защитником или представителем непосредственно либо через дознавателя, следователя или прокурора.
    Военный судья проверяет законность и обоснованность действий (бездействия) и решений дознавателя, следователя, прокурора не позднее чем через 5 суток со дня поступления жалобы в судебном заседании с участием заявителя и его защитника, законного представителя или представителя, если они участвуют в уголовном деле, иных лиц, чьи интересы непосредственно затрагиваются обжалуемым действием (бездействием) или решением, а также с участием прокурора. Неявка лиц, своевременно извещенных о времени рассмотрения жалобы и не настаивающих на ее рассмотрении с их участием, не является препятствием для рассмотрения жалобы судом. Копии постановления судьи направляются заявителю и прокурору.

    Продолжение следует>>>


    Это сообщение было отредактировано Олег Хоренко 16 сентября 2016 г. 2:55:34 MSK
    • Модератор
    • сообщений 952
    16 сентября 2016 г. 2:56:09 MSK

    По результатам рассмотрения жалобы военный судья выносит одно из следующих постановлений:
    1) о признании действия (бездействия) или решения соответствующего должностного лица незаконным или необоснованным и о его обязанности устранить допущенное нарушение;
    2) об оставлении жалобы без удовлетворения.
    Таким образом, можно прийти к выводу, что такой критерий эффективности уголовно-процессуального средства правовой защиты военнослужащих, как возможность многократного и многоуровневого обжалования в рамках минимальных процессуальных сроков, делает его использование наиболее совершенным по сравнению с остальными средствами.
    Д. Возможность повторного или неоднократного обращения. Военнослужащий в случае использования уголовно-процессуального средства правовой защиты может обратиться в различные правоохранительные органы одновременно. Повторные сообщения приобщаются к первичному сообщению об этом же преступлении, если по нему еще не принято процессуальное решение, о чем делается соответствующая отметка в книге регистрации.
    В случае когда по принятому и зарегистрированному сообщению о преступлении будет установлено, что по результатам проверки другого сообщения об этом же преступлении, поступившего от этого же или иного заявителя, было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела или о его возбуждении, такое сообщение приобщается к соответствующему материалу или возбужденному (прекращенному) уголовному делу, о чем уведомляется заявитель, а также делается соответствующая отметка в книге регистрации.
    Военнослужащий, желающий воспользоваться рассматриваемым средством правовой защиты, вправе обращаться с заявлением о преступлении по одному юридическому событию, но по новым основаниям. Если в повторном заявлении об одном и том же преступлении приведены ранее не известные сведения и доводы, которые могут повлиять на пересмотр уже состоявшихся решений об отказе в возбуждении уголовного дела или о прекращении уголовного дела, то оно проверяется в порядке, предусмотренном ст. 124 УПК РФ.
    Кроме того, военнослужащий может обращаться в правоохранительные органы с различными заявлениями о преступлениях без ограничения их количества. Также он может сообщить о любом совершенном или готовящемся преступлении даже в том случае, если его права и свободы не были (не будут) нарушены противоправным деянием.
    Е. Затратность. В качестве критерия эффективности правозащитного средства она рассматривается нами как совокупность материальных расходов, которые военнослужащий понес (должен будет понести) в связи со сделанным им сообщением о преступлении.
    По общему правилу в Российской Федерации реализация прав, предусмотренных ст.ст. 33, 45, 46, 52, 53 Конституции Российской Федерации, производится при применении всех средств правовой защиты, за исключением гражданско-процессуального, бесплатно. В правовых источниках, регулирующих осуществление уголовно-процессуального средства защиты военнослужащих, отсутствует указание о взимании платы в этой области.
    Вместе с тем в соответствии с п. 3 ст. 22 Федерального закона "О статусе военнослужащих" от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ юридическая помощь военнослужащим оказывается в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации: органами военного управления и органами военной юстиции в пределах их функциональных (должностных) обязанностей - всем военнослужащим, гражданам, уволенным с военной службы, и членам их семей по вопросам, связанным с прохождением военной службы; органами предварительного следствия, прокурором и судом, в производстве которых находится уголовное дело.
    Юридические консультации и коллегии адвокатов бесплатно оказывают юридическую помощь военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, по вопросам, связанным с прохождением военной службы, а также по иным основаниям, установленным федеральными законами. Порядок осуществления данной помощи регламентирован Правилами оказания юридическими консультациями и коллегиями адвокатов юридической помощи военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, по вопросам, связанным с прохождением военной службы, а также по иным основаниям, установленным федеральными законами (утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 23 июля 2005 г. N 445).

    Ж. Действенность решения (возможность его практического исполнения). Под действенностью решения, принимаемого в порядке осуществления уголовно-процессуального средства защиты права военнослужащего, понимается энергичное функционирование государственного аппарата для применения в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений наказания. Наказание есть мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда, которое заключается в лишении или ограничении прав и свобод этого лица.
    УК РФ предусматривает следующие наказания: штраф; лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью; лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград; обязательные работы; исправительные работы; ограничение по военной службе; ограничение свободы; арест; содержание в дисциплинарной воинской части; лишение свободы на определенный срок; пожизненное лишение свободы; смертная казнь.
    Нет необходимости детально раскрывать правовое содержание каждого из видов наказаний, чтобы понять их жесткость по сравнению с последствиями иных правовых средств защиты. Возможность понести уголовное наказание заставляет воинских должностных лиц задумываться перед тем как, превышая должностные полномочия, нарушать права подчиненных.
    Дополнительным мотивом к подобным, положительным на наш взгляд, размышлениям служат положения подп. "д", "е", "з" п. 1 и подп. "д" п. 2 ст. 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" от 28 марта 1998 г. N 53-ФЗ, согласно которым военнослужащий подлежит увольнению с военной службы в связи с вступлением в законную силу приговора суда о назначении военнослужащему наказания в виде лишения свободы, лишении военнослужащего права занимать воинские должности в течение определенного срока, а также в связи с лишением его воинского звания. Военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, может быть досрочно уволен с военной службы в связи с вступлением в законную силу приговора суда о назначении военнослужащему наказания в виде лишения свободы условно, а также в связи с вступлением в законную силу приговора суда о лишении военнослужащего права занимать воинские должности в течение определенного срока.
    Говоря о действенности уголовно-процессуального средства защиты права военнослужащего, не следует относить его к сугубо карательному механизму, ведь существуют положения, когда виновный, впервые совершивший преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобожден от уголовной ответственности, если он примирился с потерпевшим и загладил причиненный ему вред (ст. 76 УК РФ). Соответственно, используя жесткое по своей правовой природе уголовно-процессуальное средство защиты, военнослужащий при помощи государственного аппарата сможет действенно понудить лицо, нарушившее право, к скорейшему его восстановлению в целях примирения, возмещения и (или) заглаживания вреда как способа избежания неблагоприятных последствий в виде уголовного наказания.
    Нарушение прав со стороны командиров (начальников) всех уровней, исполняющих в военной организации государства организационно-распорядительные полномочия, должно признаваться в условиях военно-служебной деятельности злоупотреблением власти, а потерпевшие военнослужащие - жертвами в силу принципов международного права. В свою очередь, военнослужащие, выступая жертвами злоупотребления властью, могут эффективно защитить свои права посредством подачи заявления о преступлении по достаточно широкому кругу правонарушений, предусмотренных в УК РФ, которое может быть сделано в любой из правоохранительных органов на территории Российской Федерации в устной или письменной форме, бесплатно. Использование этого средства правовой защиты обеспечит в минимальные сроки реакцию уполномоченных правоохранительных органов по заявленным требованиям, причем военнослужащий имеет возможность максимального участия в правозащитной процедуре, в том числе в сфере обжалования и исполнения. Право военнослужащего на использование уголовно-процессуального средства не ограничено "количественными рамками" и имеет довольно разумные сроки давности.
    Таким образом, в настоящее время наиболее эффективным средством правовой защиты военнослужащих является заявление о преступлении, так называемый уголовно-процессуальный способ защиты нарушенного права, обусловленный спецификой прохождения военной службы, предусматривающей значительное ограничение конституционных прав ее субъектов, с одной стороны, и предоставление им повышенных государственных гарантий особого положения (статуса), закрепленного в Федеральном законе "О статусе военнослужащих", в том числе неприкосновенности личности, материального обеспечения и т.д. - с другой.

    http://mo-jurist.narod.ru

    • Модератор
    • сообщений 952
    19 октября 2016 г. 15:37:29 MSK

    Наименование и местонахождение военных прокуратур окружного звена (для направления заявлений о преступлениях и жалоб на действия (бездействие) следователей и прокуроров нижестоящих военных прокуратур)

     

    Военная прокуратура Московского военного округа: 113127, г. Москва, ул. Садовническая 62, код МГТС-095. 951-49-20.
    Московская городская военная прокуратура: 123007, г. Москва, Хорошевское шоссе 38б, код МГТС-095. 195-05-10, 195-05-09.
    Военная прокуратура Ракетных войск стратегического назначения: 119160, г. Москва, код МГТС-095. 598-72-26.
    Военная прокуратура Федеральной пограничной службы России: 125040 гор. Москва, Ленинградский просп. 3/5, код МГТС-095. 257-17-68.
    Военная прокуратура Ленинградского военного округа: 191055, г. Санкт-Петербург, Невский просп. 4, код МГТС-812. 318-28-98.
    Военная прокуратура Северо-Кавказского военного округа: 344011, г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская 72а, код МГТС-863. 267-35-72.
    Военная прокуратура Объединенной группировки войск (сил) на Северном Кавказе: Чеченская Республика, п. Ханкала.
    Военная прокуратура Приволжско-Уральского военного округа: 620055, г. Екатеринбург, ул. Луначарского 215а, код МГТС-3432. 55-32-91, 59-34-94.
    Прокурорско-следственный участок военной прокуратуры Приволжско-Уральского военного округа: 443068, г. Самара, просп. Масленникова 12, код МГТС-8462. 39-91-71.
    Военная прокуратура Сибирского военного округа: 672000, г. Чита, ул. Пушкина 3, код МГТС-3022. 26-75-17.
    Прокурорско-следственный участок военной прокуратуры Сибирского военного округа: 630091, г. Новосибирск, ул. Гоголя 8.
    Военная прокуратура Дальневосточного военного округа: 680030, г. Хабаровск, ул. Шеронова 55/5, код МГТС-4212. 39-54-57.
    Военная прокуратура Балтийского флота: 236015, г. Калининград, ул. Брамса 16, код МГТС-0112. 22-28-86.
    Военная прокуратура Северного флота: 184600, Мурманская обл., г. Североморск, ул. Сивко 9, код МГТС-81537. 7-28-85.
    Военная прокуратура Тихоокеанского флота: 690003, г. Владивосток, ул. Посьетская 15, код МГТС-4232. 41-41-05.
    Военная прокуратура, войсковая часть, полевая почта 90935: 99050, Украина, г. Севастополь, пл. Пирогова 4, код МГТС-8-10-38-0692. 55-90-07, 54-50-33, 46-58-86.

     

    Социальная защита военнослужащих

    Бездействие руководителя федерального органа исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, в неутверждении порядка и условий выплаты денежной компенсации вместо дополнительных суток отдыха не может служить препятствием для отказа в выплате такой компенсации военнослужащим

    Федеральным законом от 27 июля 2006 г. N 153-ФЗ п. 3 ст. 11 Федерального закона "О статусе военнослужащих" дополнен абзацем, согласно которому военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, участвующим в мероприятиях, проводимых при необходимости без ограничения общей продолжительности еженедельного служебного времени, по их просьбе вместо предоставления дополнительных суток отдыха может выплачиваться денежная компенсация в размере денежного содержания за каждые положенные дополнительные сутки отдыха. Порядок и условия выплаты денежной компенсации устанавливаются руководителем федерального органа исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба.
    Указанная правовая норма вступила в силу с момента опубликования в Российской газете 29 июля 2006 г.
    Таким образом, учитывая дату вступления в силу указанного Закона, с 29 июля 2006 г. военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, предоставлено право на получение по их просьбе денежной компенсации вместо дополнительных суток отдыха.
    Порядок учета служебного времени и предоставления дополнительных суток отдыха предусмотрен приложением N 2 к Положению о порядке прохождения военной службы, утвержденному Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 г. N 1237. Учет времени привлечения военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, к исполнению обязанностей военной службы в рабочие дни сверх установленной продолжительности еженедельного служебного времени (сверхурочное время) и отдельно учет привлечения указанных военнослужащих к исполнению обязанностей военной службы в выходные и праздничные дни (в часах), а также учет (в сутках) предоставленных им дополнительных суток отдыха в соответствии с п. 1 ст. 11 Федерального закона "О статусе военнослужащих" и предоставленного им времени отдыха (в часах) ведется командиром подразделения в журнале.
    Время привлечения военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, к мероприятиям, проводимым без ограничения общей продолжительности еженедельного служебного времени, учитывается в сутках. За каждые трое суток привлечения к названным мероприятиям указанному военнослужащему предоставляются двое суток отдыха, установленных п. 3 ст. 11 Федерального закона "О статусе военнослужащих" (из расчета распределения служебного времени и времени отдыха в одних сутках - 8 часов и 12 часов). Время отдыха, компенсирующее участие в данных мероприятиях, предоставляется военнослужащему, проходящему военную службу по контракту, как правило, по окончании этих мероприятий с учетом необходимости поддержания боевой готовности подразделения и интересов службы.
    Военнослужащим (в том числе военнослужащим, проходящим военную службу по призыву), участвовавшим в походах кораблей (судов, подводных лодок), дальних полетах воздушных судов, космических полетах либо выполнявшим более одного месяца специальные задачи по восстановлению конституционного порядка, принимавшим участие в выполнении мероприятий чрезвычайного положения, в ликвидации последствий стихийных бедствий и других чрезвычайных ситуаций, вместо дополнительных суток отдыха для проведения медико-психологической реабилитации и восстановления здоровья может быть организован отдых продолжительностью до 30 суток (реабилитационный отпуск).
    В п. 3 ст. 11 Федерального закона "О статусе военнослужащих" установлен размер указанной выплаты, который составляет размер денежного содержания за каждые положенные дополнительные сутки отдыха. Здесь следует обратить внимание на то, что размер денежной компенсации учитывает только оклад по воинской должности и оклад по воинскому званию, которые в соответствии со ст. 12 Федерального закона "О статусе военнослужащих" составляют оклад денежного содержания, но не учитывает месячных и иных надбавок, которые составляют денежное довольствие военнослужащего.
    Приказами ФСБ России от 31 мая 2007 г. N 278, Главного управления специальных программ Президента Российской Федерации от 10 августа 2007 г. N 27, МВД России от 25 июня 2008 г. N 551 порядок и условия выплаты военнослужащим денежной компенсации вместо предоставления дополнительных суток отдыха установлены.
    Так, например, приказом ФСБ России "О порядке и условиях выплаты военнослужащим органов федеральной службы безопасности денежной компенсации вместо предоставления дополнительных суток отдыха" от 31 мая 2007 г. N 278 военнослужащим органов федеральной службы безопасности, проходящим военную службу по контракту, участвовавшим в мероприятиях, которые проводятся при необходимости без ограничения общей продолжительности еженедельного служебного времени, по их просьбе вместо предоставления дополнительных суток отдыха выплачивается денежная компенсация за каждые положенные дополнительные сутки отдыха.
    Решения о выплате военнослужащим денежной компенсации и о количестве дополнительных суток отдыха, за которые выплачивается денежная компенсация, принимаются должностными лицами, имеющими право издания приказов по личному составу, на основании рапортов военнослужащих после прохождения ими медицинского обследования для определения необходимости проведения медико-психологической реабилитации и восстановления здоровья и оформляются соответствующими приказами.
    Размер денежной компенсации исчисляется путем деления суммы оклада по воинской должности и оклада по воинскому званию, установленных военнослужащим на день издания приказов о выплате указанной компенсации, на 30 и умножения на количество компенсируемых дополнительных суток отдыха.
    Приказом Главного управления специальных программ Президента Российской Федерации "О порядке и условиях выплаты военнослужащим Службы специальных объектов при Президенте Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту, денежной компенсации вместо предоставления дополнительных суток отдыха" от 10 августа 2007 г. N 27 также предусмотрена выплата указанной компенсации. Решения о выплате военнослужащим денежной компенсации и о количестве дополнительных суток отдыха, за которые выплачивается денежная компенсация, принимаются начальником Службы специальных объектов при Президенте Российской Федерации, начальниками структурных подразделений Службы, имеющими право издания приказов по личному составу, на основании рапортов военнослужащих и оформляются приказами указанных должностных лиц. Размер денежной компенсации исчисляется в порядке, аналогичном указанному выше.
    Приказом МВД России "О порядке и условиях выплаты военнослужащим внутренних войск МВД России, проходящим военную службу по контракту, денежной компенсации вместо предоставления дополнительных суток отдыха" от 25 июня 2008 г. N 551 денежная компенсация вместо предоставления дополнительных суток отдыха выплачивается военнослужащим внутренних войск МВД России, проходящим военную службу по контракту, участвовавшим в мероприятиях, которые проводятся при необходимости без ограничения общей продолжительности еженедельного служебного времени, по их просьбе. Решения о выплате военнослужащим денежной компенсации и о количестве дополнительных суток отдыха, за которые выплачивается денежная компенсация, принимаются должностными лицами, имеющими право издания приказов, на основании рапортов военнослужащих и оформляются соответствующими приказами.
    Размер денежной компенсации исчисляется путем деления суммы оклада по воинской должности и оклада по воинскому званию, установленных военнослужащим на день издания приказов о выплате указанной компенсации, на 30 и умножения на количество компенсируемых дополнительных суток отдыха.
    В Министерстве обороны Российской Федерации до настоящего времени порядок и условия выплаты денежной компенсации за каждые положенные дополнительные сутки отдыха не установлены. Разговоры на эту тему были разные, в том числе и такие, что раз в Федеральном законе "О статусе военнослужащих" есть формулировка "может выплачиваться", значит, это обстоятельство является усмотрением руководителя федерального органа исполнительной власти, в котором предусмотрена военная служба, а следовательно, "может и не выплачиваться", что, собственно, происходит в настоящее время.
    Однако здесь допущена ошибка в применении норм материального права, т.е. Федерального закона "О статусе военнослужащих". Субъективное право требования и получения указанной денежной компенсации принадлежит военнослужащему, так как такая компенсация выплачивается по его просьбе, если не ему предоставлены дополнительные сутки отдыха.
    Согласно пп. 2-4 ст. 3 Федерального закона "О статусе военнослужащих" правовая и социальная защита военнослужащих является функцией государства и предусматривает, в числе прочих мер, создание правового механизма реализации военнослужащими социальных гарантий и компенсаций. Обязанность же по реализации мер правовой и социальной защиты военнослужащих является обязанностью командиров (начальников).
    Анализ приведенных норм позволяет прийти к выводу о том, что государство в лице федерального органа исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, не может произвольно отказаться от возложенных на него функций. Поэтому бездействие в вопросе создания правового механизма реализации военнослужащими права на денежную компенсацию, закрепленного в абз. 2 п. 3 ст. 11 названного Федерального закона, не может являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.
    В соответствии с п. 1 ст. 3 Федерального закона "О статусе военнослужащих" для военнослужащих указанным Законом устанавливается единая система правовой и социальной защиты, а также материального и иных видов обеспечения с учетом занимаемых воинских должностей, присвоенных воинских званий, общей продолжительности военной службы, в том числе и в льготном исчислении, выполняемых задач, условий и порядка прохождения ими военной службы.
    Из абз. 2 п. 3 ст. 11 Федерального закона "О статусе военнослужащих" следует, что денежная компенсация подлежит выплате в размере денежного содержания за каждые положенные дополнительные сутки отдыха.
    Согласно ст. 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
    Неустановление порядка и условий выплаты денежной компенсации в размере денежного содержания за каждые положенные дополнительные сутки отдыха руководителем федерального органа исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, является незаконным бездействием и не должно повлечь нарушений прав военнослужащих на указанную выплату. К сожалению, в настоящее время защитить свои права по этому вопросу можно только в судебном порядке.
    В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О судебном решении" от 19 декабря 2003 г. N 23 указано, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права.
    Само по себе отсутствие, вопреки предписаниям закона, нормативного правового акта не может повлечь отказ суда разрешить спор, поскольку это вступает в противоречие с конституционными целями правосудия и правом каждого на судебную защиту (ст.ст. 18, 46 Конституции Российской Федерации).
    Данный вывод согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленной в постановлении от 14 июля 2005 г. N 8-П, из которой следует, что правосудие как важнейший элемент правового государства по самой своей сути является таковым, если обеспечивает справедливое разрешение дела и эффективное восстановление в правах.

    С учетом того, что размер денежной компенсации Федеральным законом "О статусе военнослужащих" определен и не может быть изменен руководителем федерального органа исполнительной власти, а Министром обороны Российской Федерации не установлены лишь порядок и условия ее выплаты, применение основных законодательных положений в данном случае будет полностью отвечать задачам гражданского судопроизводства (ст. 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

    http://mo-jurist.narod.ru